О расселении чувашей в Среднем Поволжье и Приуралье ч.2

Индекс материала
О расселении чувашей в Среднем Поволжье и Приуралье ч.2
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Все страницы

..Маленькие слободки, как обыкновенно строятся чуваши, расположенные в двух концах [села]... разительно отличаются от улиц, расположенных по плану, русского и мордовского населения. Чувашенин, расставив и разбросав разные принадлежности своего хозяйства и земледельческие орудия кругом своего дома, издалека говорит о себе и этим, собственно, подтверждает название свое: сиваш, чиваш — «домовитый, оседлый». Автором середины XIX века сделаны интересные записи и меткие наблюдения о взаимоотношениях простого люда разных национальностей, взаимовлиянии культур. Данное им толкование слова «сиваш, чиваш» спорно

В Челно-Вершинском же районе расположены чувашские села Старое Эштебенькино и Чувашское Эштебенькино, дер. Новое Эштебенькино. По полюбовной записи от 17 июля 1735 года, оформленной в Казанской крепостной конторе, известно, что ясачные чуваши Зюрейской дороги Казанского уезда в 1705 году по переписным книгам переписи Дмитрия Панова получили на ясаки из «порозжих» земель значительный участок, где основали деревню Эштебенково, «поселились дворами и жили многие годы». Однако «в прошлых же годех,— писали чуваши,—оная наша деревня Эштебенево от башкирского бунта разорена, а иные после того бунта многие разошлись по разным уездам и деревням, а иные и померли». В 1735 году поверенные дер. Эштебенькино ясачные чуваши Елдаш Дюсметев и Иштуган Янтуганов, «с... согласия всех мирских людей чуваш», из-за «малолюдства и опасения всяких воровских людей» часть своей земли отдали во владение, с условием платежа казне подушной подати и оброка, мордовским крестьянам дер. Новой Баганы. В 1736 году 11 дворов мордовских крестьян дер. Новой Баганы переселились в дер. Эштебенькино.

Чувашская деревня Новая Таяба (ныне село в Челно-Вершинском районе) была основана в 1704 году переселившимися из Большой Таябы (ныне село в Яльчикском районе Чувашской Республики) чувашами Оникеем Укаевым и Салдибаем Чюраевым, получившим царскую грамоту на имя воеводы Казанского уезда Н. А. Кудрявцева. Новопоселенцы Новой Таябы в 1705 году были записаны в переписной книге Дмитрия Панова. В 1745 году с разрешения властей в Новую Таябу подселились оставившие свои селения «за недородом хлеба» новокрещены из мордвы дер. Верхнего Черемшана Симбирского уезда К. Матвеев (Кирюшка) и Е. Матвеев (Юрта), а также крестившиеся в сентябре 1745 года чуваши А. Матвеев (Алпнрда), Н. Алексеев (Сюндюмер), С. Алексеев (Счур), И. Алексеев (Илюшка), С. Алексеев (Илбайда), И. Алексеев (Тоскилда) из разных селений.

В нынешнем Сергиевском районе Самарской области, на речке Шунгут расположено чувашское село Старое Якушкино. Здесь сохранились интересные предания, которые в прекрасном изложении опубликовал краевед П. Лупаев. Процитируем его статью с небольшими сокращениями. «Старожилы рассказывают,— пишет П. Лупаев,—что когда-то, очень давно, эти шунгутские земли принадлежали башкирам-кочевникам. На это указывают и названия некоторых мест в этой округе. Например, по междуречью Сока и Шунгута проходит старая Башкирская дорога, недалеко от Сюльду (Высокая гора) в Шунгут впадает речка Башкирка, а южнее Гуслиной горы показывают Башкирский лес и Башкирский же родник.

Очень давно — лет двести, а может быть, и триста лет назад — на Шунгут из-за Волги пришли чуваши. Пришли и заняли эту землю самовольно. В одной из стычек пришельцев с коренными жителями был убит из засады стрелой башкирский старшина. Башкиры похоронили его на Высокой горе и отступили. Три дня ждали их чуваши, но так и не дождались. А убитый считался у своих соплеменников святым, и они каждое лето в определенный день приезжали на дорогую могилу откуда-то из-под Уральских гор почтить его память. И делалось это будто бы до самого Великого Октября. Другие старики передают, что убитый был ханом и что он был сожжен на этой горе...

Другая легенда повествует о Ягаве — основателе Старого Якушкина, села, раскинувшегося близ горы Высокой на другом берегу Шунгута... Много лет назад прибыли чуваши на Шунгут, а здешние старожилы, башкиры (здесь под «башкирами» следует подразумевать башкирских князьков, старшин, то есть феодалов.—Б. Д.), не хотели пускать их на свою землю. Произошла схватка. Предводителем чувашей был сильный и мужественный Ягав. Он поднялся на Сюльду и из своего лука выпустил по противникам сразу десять стрел. Каждым пальцем руки — по стреле. Увидели, это башкиры, удивились и поняли, что им не устоять, и отступили.
А Ягав подъехал к Шунгуту, бросил на воду кошму, и конь перенес его на другой берег. Тут он и поселился со своими товарищами. Сказывают, землянка его была на том месте, где теперь сельский магазин.

Башкиры преследовали Ягава, а потому он постоянно держал наготове своего коня, такого быстроходного, что никто догнать его не мог. А потом чувашей стало больше, и башкиры их не беспокоили. Чувашское имя Ягав переводится на русский язык Яков, Якушка. По его имени и село потом стало называться.
С тех пор прошло много лет. У Ягава был сын Еким и внук Аку. Сыном Аку был Карай, а у него сын Карандаш Затем еще и еще кто-то. Вот от того Карандая и пошел род Карандаевых в Новом Якушкине.

Это предание мне рассказала в 1964 году в Исаклах Прасковья Устиновна Малиновская, урожденная Карандаева, учительница-пенсионерка. Она считала себя в числе десятого поколения в ряду потомков Ягава.

Другой рассказчик, Теребинов Павел Степанович, 60-летний гусляр и песенник из Старого Якушкина, в 1948 году о Ягаве поведал по-иному. У себя на родине, в Чувашии, Ягав был назначен в рекруты. Но солдатом он быть не захотел — был уже обременен семьей — и бежал с своей семьей и также товарищами Саперелем, Иштулом и Этелеком за Волгу, на Шунгут. Сам он осел на этой речке у горы Высокой. Иштул же ушел на Башкирку — там возникло Иштулкино (теперь Самсоновка). Этелек поселился на ручье Вязовке — это тоже недалеко отсюда— и положил начало Кармало-Аделякову. Саперель же удалился на Сокреку, к Каменному ручью — там теперь деревня Саперкино.

Первое время они жили в этих местах одни,—других-то людей поблизости не было, и когда у кого-нибудь потухал в печи огонь, они приходили друг к другу за тлеющими углями. Позже к ним прибыли другие переселенцы. Так, к Ягаву присоединились Байзар, Туйзар и Теребин— все они из-за Волги, а после них еще Серегины и Лемковы — эти откуда-то из Татарии, из-под Нурлата.

Одно время — тоже очень давно — прибыли откуда-то калмыки, но они тут не закрепились и ушли далеко на восток. Вот как это произошло. Расположились они табором выше Якушкина, у болота. Лошадей пустили на траву, а сами сели ужинать. А в это время жил в этой деревне старый охотник Еремке, высокий и могучий, просто богатырь. Он без промаха бил из лука зайцев и лис. Вот он и пустил свою стрелу в стан пришельцев. И попала стрела прямо в их круг, в котел с едой. Все перепугались. «Ну, тут нам не житье. Уходить надо!»—сказал главный из них. И наутро их уже не было — ни людей, ни скота. А то место, где они когда-то стояли, до сих пор называется Калмыцким табором.

Да и чуваши не ужились вместе — разошлись. И вот по какому случаю. Был тогда у чувашей обычай: почетного гостя угощать вареной головой барана или какого другого животного. И вот один чуваш, Серюгин, зарезал тайком быка у главы одного рода из недавно прибывших переселенцев и пригласил его к себе в гости. Тот пришел и за столом догадался, чем его потчуют. Он очень рассердился. «Раз так, раз нам тут места нет — уйдем!» Вместе со своими родственниками и единомышленниками он облюбовал лесную поляну выше по Шунгуту и основал там Новое Якушкино (ныне село в Исаклинском районе). С тех пор и стало на этой речке два Якушкина».

Приведенные предания примечательны тем, что в них фольклорными образами и действиями, яркими конфликтами отображаются и борьба переселенцев с отрядами кочевников, возглавляемыми их феодалами, и возникновение чувашских селений, и выделение из материнских деревень дочерних. В частности, выделение дочернего селения вызывалось экономическими причинами. А поэтизированное предание выставляет как повод для выделения дочерней деревни нарушение древнего обычая выражения гостю почета. В четырех преданиях в записи П. Лупаева мы встречаемся с героическими характерами, свойственными для легендарных повествований о периодах до середины XVI века.
Нередко из селений, основанных переселенцами из Чувашии или Приказанско-Заказанского района, переезжали на земли, расположенные восточнее. Так, согласно преданию, на территории современного Шенталинского района Самарской области образованы селения: Туарма — переселенцами из дер. Туарма бывшего Карсунского уезда, Салейкино — из деревень Тимирсяны Симбирского и Ильмовый Куст Буинского уездов Симбирской губернии. Чуваши дер. Емелькино, прибывшие, будто, из дер. Кулмаюры Казанской губернии, вначале поселились на реке Черемшан, затем переселились на речку Сухая Яурка, а потом на речку Чертолейку.

Согласно преданию, записанному в селе Большое Микушкино Исаклинского района Самарской области, в эти места триста лет назад из-под Чебоксар прибыл Ермолай-старик. Он поселился у опушки леса. Но там вскоре обосновался помещик. И Ермолай оставил свое первое поселение и переселился на место современного села. В этих краях кочевали калмыки. Их предводители грабили деревни, угоняли скот у оседлых жителей. Рассердился на них Ермолай. По его призыву местное население выступило против кочевой орды и прогнало ее. Кочевники смылись, побросав даже свои котлы.

В селе Борискино-Игар (ныне Клявлинского района Самарской области) в 1911 году записано предание, согласно которому чуваши из Симбирской губернии триста лет назад вначале поселились в дер. Борискино бывшего Бугульминского уезда. К ним подселилась мордва. Со временем Борискино разрослось. Часть чувашей выселилась на новое место —по обеим сторонам речки Игарка. Селение назвали Борискино-Игар.

В Клявлинском же районе есть чувашские села Ерплкино и Старое Семенкино. В предании, записанном А. Липатовым в 1911 году в селе Ерилкино, говорится, что «из Казанской губернии сюда прибыл чуваш-язычник Ериле с тремя товарищами и купил у татарского князя Надыра большой участок земли (на самом деле здесь землю покупали у башкирских князьков и старшин.—В. Д.). Пришельцы поставили дворы в низине и стали жить. Деревню назвали в честь Ериле — Ерилкино. Земли, особенно леса, было много, а жителей мало. Ериле никому не запрещал поселяться на купленной им земле. В Ерилкине число чувашей все росло. Вначале было всего 6 человек, а теперь 1008 крещеных чувашей, 157 язычников. Последние переходят в мусульманство и отатариваются. Из наших чувашей очень много таких».

В селе Старое Семенкино в 1912 году сделана нотная запись следующей чувашской песни (приводим в подстрочном переводе с чувашского):

Спустился к Тереш-реке, нарвал хмелю,
И опутал черный змей мне шею.
Прибыв в деревню Убню, жилье построил —
И попал в адский котел Аюла.
За копейку по ногам нас били.
За рубль — на сук вздергивали.
Сколько в тайшин-то городок мы ездили —
Ведь кулями деньги отвозили.
Одеваться кафтана не оставалось.
Корки хлеба нам не доставалось.
Нас Никади от беды избавил,
Из Аюлова полона вызволил.

Эта песня записана у границ Башкирии, севернее города Бугуруслана. В этих местах протекает река Терехщ впадающая в реку Ик. Песня сложена в конце XVII века среди чувашей, проживающих в бассейне реки Тереш. Положение пришлых чувашских крестьян, как и местных рядовых башкир, временами становилось здесь поистине трагичным из-за набегов калмыцких тайш, которые сопровождались варварскими грабежами и уводом людей в «полон», где они испытывали тяжелую участь рабов, подвергались физическим и духовным истязаниям. Песня прямо сообщает об угоне чувашских крестьян тайшой на дальнее расстояние. Жизнь порабощенных в песне образно характеризуется «адским котлом». Вероятно, в основу содержания песни легли события 1682—1683 годов, связанные с действиями тайши Аюки на реке Ик.



Чтобы получить полную инфрмацию и быть в курсе новостей, подписывайтесь на нас в Вконтакте и в Одноклассниках!

Отзывы, обсуждение обзора "О расселении чувашей в Среднем Поволжье и Приуралье ч.2" здесь: