Герасимов Иван Николаевич

ПОДЕЛИСЬ ССЫЛКОЙ С ДРУЗЬЯМИ!

Родился в 1921 году в деревне Аникеево Чебоксарского района Чувашской АССР. По национальности русский. Член КПСС с 1944 года. По окончании Якимовской средней школы без отрыва от производства учился в Чебоксарском аэроклубе. В 1942 году поступил в Энгельсскую военно-авиационную школу пилотов. Воевал в составе 809-го Каменец-Подольского ордена Богдана Хмельницкого штурмового авиаполка. На Калининском, 1-м и 2-м Украинских фронтах совершил 170 успешных боевых вылетов. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1944 годы был удостоен звания Героя Советского Союза. Награжден двумя орденами Красного Знамени, орденом Александра Невского, двумя орденами Красной Звезды и орденом Красной Звезды Венгерской Народной Республики. После Великой Отечественной войны окончил высшие летно-тактические курсы и Краснознаменную военно-воздушную академию.
В настоящее время генерал-майор авиации в отставке И. Н. Герасимов проживает в Одессе.Иван Герасимов начал воевать в должности рядового пилота. Коренастый, атлетически сложенный, с веселым лицом уже тогда пользовался репутацией пилота высокого класса.
Первый боевой вылет он совершил на Калининском фронте, в районе Ржева. Здесь сделал на своем самолете 29 успешных боевых вылетов. Но один из них запомнился ему на всю жизнь.
Это произошло 4 июля 1942 года. Солнечный диск только начал показываться из-за горизонта, когда группа штурмовиков 809-го штурмового авиаполка на бреющем полете проскочила линию фронта. Вслед ей вяло тявкнули несколько зениток.
Под крыльями побежала окутанная прозрачной дымкой родная земля. Сейчас на ней затаился враг. И Иван Герасимов настороженно смотрел через бронестекло, расчерченное прицельными кольцами.
«Приготовиться к атаке!»— раздался в наушниках спокойный голос командира эскадрильи.
Ведущий качнул крыльями и вдруг круто взмыл вверх. Группа повторила маневр командира. Стремительный бег земли прекратился, и сразу же впереди, левее, обозначилась цель — железнодорожная станция. Отчетливо были видны стоящие на путях эшелоны, суетящиеся возле них солдаты.
Огненные трассы снарядов и пуль рассекли воздух. Посыпались бомбы. Эшелоны окутались разноцветными клубами дыма. Герасимов снизился, ловя в прицеле набегающие крытые брезентом платформы. Пальцы давили пружинистые клавиши гашеток. По платформам тут же запрыгали маленькие, упругие, похожие на мячики, комочки дыма. Затем вдруг все растворилось, померкло в ярком всплеске: на месте одной из платформ, которую штурмовал Герасимов, закипел брызжущий ослепительными искрами фонтан.
— Делаем второй заход,— скомандовал ведущий.
Переводя самолет в набор высоты, Герасимов заметил, как со всех сторон в воздухе начали вспухать буро-белые хлопья. Запоздалая зенитная канонада нарастала с каждой секундой, но штурмовики еще не израсходовали запаса снарядов.
Нанесенная на стекло фонаря риска начала разворота на пикирование медленно, очень медленно ползет к цели.
В этот миг тяжелый удар потряс самолет Герасимова. Штурвал вырвало из его рук. Самолет начал падать. Поймав штурвал, Иван Николаевич тянет его на себя. Машина, вяло реагируя на отклонения рулей, все же выровнялась и, покачиваясь, пошла над самой землей.
— Волков, ты жив?
— Живой, товарищ командир. Только вот хвост нам наполовину оторвало. Домой дотянем?..— в голосе воздушного стрелка слышна тревога.
— Дотянем. Внимательно следи за воздухом.
Надсадно воет двигатель на полных оборотах. Израненный штурмовик, подчиняясь воле опытного летчика, неудержимо летел вперед. Вот и линия фронта. Теперь недалеко аэродром...
Почти над линией фронта неожиданно появились два «мессера». Волков успел дать Короткую очередь из крупнокалиберного пулемета, но тут же заговорили пулеметы вражеских истребителей. По штурмовику хлестнула разноцветная трасса. Герасимов ощутил тупой удар по подбородку.
— Я ранен...--услышал Иван Николаевич глухой голос воздушного стрелка.

Сквозь туман в глазах Герасимов различил близкую уже землю, машинально убрал газ и потянул ручку. Толчки... Скрежет металла... Облако пыли...
Фонарь заклинило. Непослушными руками Герасимов рванул форточку, скрипя от боли зубами, протиснулся через нее и, ударившись плечом о плоскость самолета, окатился на землю. Услышав тихий стон, он помог выйти из кабины раненому стрелку.
Торопливо вскрыв индивидуальный пакет, Герасимов пытался перевязать бинтом Волкову ногу, хотя и сам обливался кровью.
— Что вы делаете?—раздался за спиной прерывающийся голос.
Герасимов вздрогнул, обернулся. Тяжело дыша, стоял пожилой солдат-пехотинец. По его запыленному лицу, оставляя отчетливые следы, катились крупные капли пота.
— Раненых быстро отнести в укрытие,— скомандовал он подбежавшим бойцам.
...Герасимов пришел в сознание в госпитале. Перед глазами была темнота, странная, пугающая. Он лежал молча, несмотря на острую, мучительную боль и думал, думал об одном: будет ли теперь летать? И еще и еще раз вспоминал он свой этот необычный боевой вылет.
Дни летели за днями. Хотя врач по-прежнему обнадеживал, но Герасимов начал уже сомневаться.
Однажды в палате неожиданно появился командир полка. Офицер тепло поздоровался с ранеными и, присев возле койки Ивана Николаевича, долго жал ему руку. Потом стал рассказывать о жизни родного полка.
Однополчане стояли на том же аэродроме, откуда вылетал на боевое задание Герасимов. Враг зло огрызался. В полку несколько потерь. Жаль павших товарищей, но и с немцами хорошо посчитались за ребят. Летчики говорят, пусть Иван Николаевич скорее поправляется и возвращается в полк, где его помнят и ждут. Они снова вместе будут летать.
— Летать?— Герасимов грустно усмехнулся.— Спасибо, командир, за доброе слово, но, видимо, не летать мне больше...
Командир полка замолчал. Потом обычной офицерской твердостью сказал:

— Ничего, Иван Николаевич, мы с вами еще полетим...
Действительно, через некоторое время Герасимов вернулся в полк.
Немало героических дел Герасимов совершал и в последующих боях. В наградном листе, подписанном Прославленными летчиками нашей страны Героями Советского Союза Н. Каманиным и С. Красовским, говорится:
«15.10.1942 г. при выполнении боевого задания истребителями противника самолет был подбит. Были выведены из строя руль глубины и руль поворота и. частично перебиты тяги управления. На плохо управляемом штурмовике тов. Герасимов продолжал выполнять боевое задание, благополучно довел его до своего аэродрома и посадил...»
Далее в этом боевом документе подчеркивается, что Иван Николаевич совершил 97 успешных боевых вылетов, а как лучший воздушный воин вырос от командира звена до отличного руководителя личного состава эскадрильи, научился водить в бой группы от 6 до 20 самолетов. Он и его подчиненные боевые задания выполняют только на отлично.
Иван Герасимов — участник боев по освобождению городов Белгород, Богодухов, Ахтырка, Харьков, Сумы, Лебедин... В дни боев по форсированию нашими войсками реки Днепр, расширению плацдармов на ее Правобережье, в боях по освобождению столицы Украины Киева Герасимов проявил отвагу и умение при выполнении боевых заданий.
Сквозь сплошной заградительный огонь зенитной артиллерии, умело, маневрируя, в лобовую отбивая яростные атаки истребителей противника, он настойчиво прорывался с группами к цели и эффективно уничтожал танки, артиллерию и живую силу врага, Он участвовал также в боях по освобождению города Житомира. Здесь он водил в бой группы и, несмотря на плохую погоду, боевые задания всегда выполнял отлично. Принимал активное участие в ликвидации окруженной группировки немцев в районе Корсунь—Шевченковский. Смело наносил бомбовые удары по танкам, артиллерийским позициям, по посадочным площадкам для транспортных самолетов и по аэродромам противника.

За годы войны Иван Герасимов уничтожил танков— 30, автомашин — 45, зенитно-пулеметных точек—12, минометных батарей — 7, орудий полевой артиллерии — 9 и много другой боевой техники и живой силы врага. Кроме того, на аэродромах противника им лично уничтожено три самолета.
Иван Герасимов с честью прошел огонь великих битв. Пламя порой обжигало крылья его самолета, но оно же закаляло стальную волю советского сокола.
Горячая любовь к Родине, ненависть к фашистским . захватчикам давали летчику мужество. Враги познали на себе верность глаза и твердость руки Ивана Герасимова. Друзья любили его за веселый нрав, за готовность в трудную минуту прийти на помощь.
В слегка пожелтевшей боевой характеристике Герасимова сказано предельно четко и лаконично: «Мастер штурмовых атак».
За годы войны на своем штурмовике он совершил 170 боевых вылетов. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1944 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.
Победоносно окончилась война. Грозные «илы» ушли на заслуженный отдых. А летчики? Можно ли им отдыхать? Нет. Нужно освоить новую боевую технику, обобщать опыт, накопленный в минувших боях, чтобы быть на уровне современных задач по защите социалистического Отечества.
Иван Николаевич Герасимов теперь учит летчиков науке побеждать. Он понимает, что в этой нелегкой, но благородной работе ни на минуту нельзя успокаиваться—ведь время летит, набирая скорость, и стоит лишь чуть задержаться на месте, как отстанешь. И Иван Николаевич идет в ногу с жизнью.
 Нет и не было на его пути легких участков, но коммунисты их и не ищут. Они всегда там, где трудно, где нужно партии, куда зовет их долг. И среди них скромный и отзывчивый товарищ и требовательный командир, наш земляк, генерал-майор авиации И. Н. Герасимов.

А. Николаев 


Чтобы быть в курсе новостей, подписывайтесь на нас в Вконтакте и в Одноклассниках!
ПОДЕЛИСЬ ССЫЛКОЙ С ДРУЗЬЯМИ!

Литература Герасимов Иван Николаевич. Герои