О Емельяне Ивановиче Пугачеве и чувашах ч.2

 

В опубликованной Н. И. Архангельским в 1900 году статье читаем:

«...Чуваши рассказывают следующее. В селе Большой Шатьме Пугачев за что-то повесил священника на воротах его же дома. Это место и доселе указывает один сельский 80-летний старик из чуваш Леонтий Михайлов, а именно на растущие до сего времени осины в саду умершего местного дьячка Фалькова... В овраге Таганвар, что в одной версте на восток от Хола вырын, приказанием Пугачева была поставлена виселица, на которой вешали виновных. В овраге Саламат карды, что от Хола вырын к северо-западу (около околодка Торашкина деревни Ихракасы), Пугачев производил расправу с виновными лычными кнутами (по-чувашски самат или саламат), которые, как уверяет предание, обязаны были доставлять чуваши. Кнуты предварительно обмачивались в соленой воде».

В. К. Магницкий в 1870 году писал: «По преданию, первая [Шуматовская] церковь была, как и теперешняя, деревянная, однопрестольная, во имя св. Николая Мирликийского. По тому же преданию, она в 1774 году, во время Пугачевского бунта, сожжена самими прихожанами. Как на памятник пугачевских похождений по Шуматовскому приходу предание указывает на стоящий на южной стороне от села, в 3 верстах от церкви, в. вершине оврага, идущего от Туснар к дер. Орбашам, подле дороги в последнюю, вяз, известный в народе под именем поп хорами «поповский вяз». Вяз этот... существовал до 50-х годов и тогда срублен на дрова казаками Оренбургского войска, занимавшего караулы на дорожных пикетах. На вязу... во время Пугачевского бунта было повешено два человека... из шуматовского духовенства. В полуверсте от вяза на юго-запад стоял дуб, на коем повешено было несколько человек. В таком же расстоянии от него на юго-восток стоял другой дуб, и на нем также повешено было мятежниками несколько человек, привезенных из разных мест. Всех же повешенных было, по преданию, 32 человека. Тела повешенных погребены были около последнего дуба, где и по сие время имеется столбик в виде часовни». Подобные предания В. К. Магницкий излагает и в других своих работах.

Между селениями Хирлеппоси и Тогачь еще в 1907 году стоял огромный дуб, известный в народе под названием «Дуб двенадцати попов»,—на нем были повешены восставшими крестьянами 12 священников. В предании, опубликованном в 1872 году, читаем: «Часовня имеется на Выльском базаре при большой симбирской дороге в трех верстах от села Шумшеваши [Ядринского уезда]. Эта часовня стала существовать со времен Пугачева... Он останавливался на Выльском базаре отдыхать. Многие чуваши, перевязав духовенство, привезли к Пугачеву с жалобами, что оно притесняет их и разоряет. Пугачев, как сказывают, махнул только платком, и чуваши тут же всех перебили».
Предание «Дос попа» сообщает: «Пугачев чувашей не трогал. Он разрешил им расправляться с попами. Говорят, у попа села Юнги был в селе Чемсевеодин дос (друг). И спасаясь от чувашей, он прибежал к досу и умоляет:

«Спрячь меня, друг». Тот говорит: «Дос батюшка! Чем чужой человек убьет тебя, лучше сам прикончу». И рубнул попа топором. А акрамовского попа повесили на дереве».
В дер. Санкино Красночетайского района со слов И. М. Максимова (1893 года рождения) в 1971 году записано: «Говорят, Пугачев сбрасывал попов с колоколен. Против таких дел Пугачева царица направила свое войско. Поэтому в наших краях Пугачев пробыл недолго. Пугачев сам хотел стать царем. Говорят, он заявлял, что будем жить без налогов (тулевсёр пурнад пуслатпар тенё, тет, вал)».

«Во время Пугачевского восстания,—говорится в предании, записанном в селе Пандиково Красночетайского района,— пандиковские и кошкильдинские чуваши повесили попа на мельнице. Рядом с мельницей — болото. Оно после этого случая получило название Попово болото».

Другие предания сообщают о сожжении повстанцами Цивильского монастыря и разгроме монастыря под Курмышом, уничтожении церквей, истреблении духовенства в самих селах или в районе сел Сундырь, Богатырево, Оточево, Яндоба, Русская Сорма, Малая Шатьма, Хочашево, Туваны, под деревнями Голова, Лобашкино, Верхние Сунары, Яргунькино и др. В селе Норусове Ядринского уезда, как говорится в предании, Пугачев снял с церкви колокола и перелил их в пушки, а священника, не признававшего в нем власти, повесил.
Часть духовенства, предвидя неминуемую расплату, бежала, скрывалась в лесах и оврагах. Чуваши села Ишаки Чебоксарского уезда хотели расправиться со священником И. Филипповым. Но хитрый поп, выпросив «у них свободы на несколько минут, под предлогом перемены белья перед смертью ...успел скрыться в ближайшем Чашминском, довольно глухом тогда, перелеске». Причт села Малая Шатьма Ядринского уезда с семьями бежал в лес, где они провели трое суток. Некоторые причетники села Хочашево того же уезда также спаслись в лесу. Дьячок и пономарь Шуматовской церкви Ядринского уезда скрылись в росшем по берегам речки Ербаш кустарнике, где таились три дня, сидя по шею в воде в одном из котлованов. Так поступало духовенство и некоторых других сел.

В марийском селе Кожважи Козьмодемьянского уезда марийские и чувашские крестьяне в течение нескольких дней держали под арестом представителей сельского духовенства, не успевших скрыться. «В Кожважах был сборный пункт, куда стекались мятежные инородцы со всех сторон, с намерением идти оттуда на все духовенство и даже на самые города Козьмодемьянск, Чебоксары, Цивильск и Ядрин... Одного из пленных священников бунтовщики уже повесили на сосне, стоящей близ Сундырского базара, но прочие страдальцы успели между тем тайно послать гонца в Козьмодемьянск к воеводе с известием о скопище, собравшемся в селе Кожважах, и о своем несчастном положении». Воевода снарядил вооруженную команду, которая освободила духовенство, арестовала многих повстанцев. «Козьмодемьянцы, возвратившись с победою, заключили бунтовшиков под стражу, и все они потом были казнены. Говорят, что многие из них были повешены, а другие до смерти засечены кнутом и нагайками». Из этого предания, хотя и искаженного под влиянием идеологии угнетателей, видим, что повстанцы не истребляли духовных лиц без разбору, а долго судили их. Воевода же немедленно учинил массовую зверскую расправу над повстанцами. Согласно документам и преданиям, народ сводил счеты только с наиболее жестокими угнетателями из духовенства и не трогал членов их семей.

После пугачевских событий места священно-церковнослужителей в чувашских селах долгое время пустовали: никто не хотел идти туда замещать вакансии.
О борьбе повстанцев против патриархально-феодальной прослойки в чувашской деревне — пуянов (богатеев) и коштанов исторические документы содержат мало сведений. По-видимому, то, что происходило во время пугачевских событий 1774 года внутри самой чувашской общины, органов царской власти мало интересовало. Они видели в чувашских общинах враждебную массу и не фиксировали в документах случаев расправы пугачевцев с пуянами и коштанами.

В народных преданиях, напротив, эта тема представлена широко. Еще в предании, включенном в сборник С. М. Михайлова, говорится, что пугачевцы «начали богатых чуваш вертеть». К чувашу Юрмекею из дер. Юрмекейкино Ядринского уезда повстанцы приехали за хлебом, он отказал им, за что, по одному преданию, был убит, по другому — отделался раной в живот. Богача Тозая  дер. Ербаш Ядринского уезда за отказ в провианте пугачевцы убили, а дом его сожгли. Под дер. Юпрямы (ныне Карсноармейского района) по указанию крестьян Пугачев повесил богатеев. В дер. Усландыр-Яуши (ныне Вурнарского района) жил богатый чуваш Федот. Пугачевцы увели его любимую лошадь и уехали на ней в дер. Большие Яуши. Федот — в погоню. В Больших Яушах заявился прямо к Пугачеву.

— Ты богат?—спрашивает Пугачев.
— Богат,— отвечает Федот.

Пугачев, хотя и распорядился вернуть лошадь Федоту, но приказал вести его вдоль деревни и бить нагайками. Федот лечился потом всю осень и зиму, накладывая на раны свежие овечьи шкуры. Пришлось ему зарезать для этого 40 овец. «Федот,—заключает предание,—был наказан за то, что был богачом. Пугачев, говорят, помогал беднякам».
Предания утверждают также, что Пугачев, приезжая в чувашские селения, вешал коштанов.

Сохранилось даже предание о выступлении богатеев и коштанов против пугачевцев. Войско Пугачева, говорится в нем, из дер. Ямбахтино шло в село Норусово. Пугачевцы заехали в Арманкас (Мельничный выселок), взяли кое-что из имущества владельца мельницы, постройки разгромили. Владелец мельницы с семьей скрылся в лесу и пробыл там три дня. В это время пуяны (богатеи) и коштаны селений, расположенных вокруг села Норусова, готовились к выступлению против иугачевцев и собрались в церковном дворе. Оттуда их пугачевцы вытеснили в поле между Норусовом и дер. Шоркасы. На холме у оврага произошел бой. Многие богатеи положили здесь головы. Потери были и у пугачевцев. Погибших пугачевцев похоронили вместе с их оружием под курганом. Поле, где произошел бой, и поныне называется Вутла уй (Огненное поле). При вспашке трактором там находили сабли.

Пуяны, вероятно, чувствовали, что восставший народ может предъявить им счет за угнетение и обиды, и, согласно преданиям, спасая себя, щедро угощали и одаривали пугачевцев. В околотке Вурманкасы села Оринино Козьмодемьянского уезда богатый чуваш Мадн вынес навстречу Пугачеву много денег в большой ореховой чаше. Богатей дер. Ванькина Ядринского уезда Парпузан остался жив тем, что, хотя и вынужденно, но «угощал пугачевцев». Богатый чуваш Яруна из Ядринского уезда «принял у себя Пугачева и сохранил имущество свое от разграбления тем, что выставил пять пудов меду».

В литературно обработанном варианте предания «Пельмени» рассказывается, что Пугачев нагрянул к пребогатому чувашу. Тот в это время ел пельмени. Пугачевцы потребовали его на расправу.

— Подождите, люди добрые, дайте съесть еще один пельмешек!—просит богач.

Пугачев поглядел, поглядел — видно, сильно проголодался о ту пору — уселся за стол рядом с богачом и давай уплетать пельмени.

— Ой, и вкусны же, оказывается, твои пельмени,— говорит он, оглаживая бороду.
— Да эти что-о,—отвечает хитрый богач,—я бы вам завтра повкуснее наварил.

Вот Пугачев и отдал приказ, чтобы он на завтра для всего войска пельменей наготовил. Так и остался хитрый богач ненаказанным.

Между дер. Выла-Базар и селом Шумшеваши Ядринского уезда имеется долина Чали-вар, где в пугачевское время жил богатый чуваш Александр. В его амбарах было полно хлеба. Он держал 6-7 лошадей, 7,8 коров, стадо овец. Получив сведения о движении Пугачева в их края, богач приготовил для приема грозного гостя пышный стол для чего зарезал несколько коров, настряпал ватрушек и пирогов с мясом, купил сорокаведерную бочку вина. Угостил Пугачева и его отряд, одарил деньгами. Он даже устроил из корья мост через овраг, чтобы добром спровадить «дорогих» недругов. Еще до прибытия Пугачева он зарыл в землю в сорокаведерной бочке клад медных и серебряных монет. Спустя короткое время богач умер. Деньги так и остались в земле.

Предания сообщают о сражениях пугачевцев с правительственными войсками. Одно такое жестокое сражение произошло между деревнями Верхние и Нижние Хыркасы (ныне Цивильского района) у озера Уйри куле (Полевое). Отступая, пугачевцы свое снаряжение и запасы бросили в воду. В озере находили потом стрелы и видели будто бы даже пушечные колеса. Побоище было также близ дер. Малые Тиуши (ныне Цивильского района). Здесь под курганами похоронены погибшие воины Пугачева. Под Таушкасами (Цивильского же района) на горе Хёрлё Шырлан была пещера, где имели убежище Пугачев и его сподвижники. В плену у них находилась одна красавица. Пугачевская армия потерпела здесь поражение от правительственных войск. И где-то около пещеры был зарыт клад Пугачева. Сражение пугачевцев с правительственными войсками происходило и близ дер. Лобашкино Аликовского района. И здесь имеется кладбище, где похоронены павшие в бою пугачевцы104. «


В районе села Норусово (ныне село Калинино Вурнарского района), между деревнями Мачамуши и Синьялы, произошло сражение между пугачевским и царским войсками. О нем сохранились предания в трех вариантах. По первому варианту войско Пугачева стояло в овраге Утлуй. Возле него и напало на него царское войско. По второму— сражение состоялось около кургана (улап тапри). Начальники царского войска, чтобы удобнее установить пушкн, заставили солдат насыпать курган. Поставив на него пушкп, начали сражение с войском Пугачева. По третьему варианту, в сражении был убит начальник царского войска. И он был похоронен под курганом, который насыпали солдаты. Их было очень много: каждый клал на могилу по одному картузу земли, и образовался целый холм. На территории Большесундырского сельсовета Моргаушского района в лесу, близ Каршлыхского детского санатория, стоят два кургана. С одного из них Пугачев наблюдал за сражением его повстанцев с правительственным войском. Погибших в бою пугачевцев похоронили на кургане.

В дер. Ермошкино Вурнарского района записано предание о предводителях чувашского пугачевского отряда братьях Сутуте и Торбике. Под этими именами выступают, вероятно, фольклорные, собирательные типы героев, потому что селения под названием Сугуты и Сугуцкая волость Чебоксарского уезда известны еще с начала XVII века, и дер. Торбиково Сугуцкой волости числится еще в переписной книге ландратской переписи 1717 года. Но предание приписывает и основание деревни Сугут-Торбиково Сугуту и Торбику, что не правдоподобно. Тем не менее Сугут и Торбик представляют собой обобщенные образы активных пугачевцев-чувашей. Начальником отряда был старший брат Сугут, Торбик — его помощником. Их отряд по пути со стороны Цнвильска на Курмыш вступил в бой с царским войском и вынужден был остступнть. Царское войско преследует пугачевцев. Возникает угроза пленения. Сугут и Торбик прибежали в лес около дер. Ермошкино. Долго здесь они жили. Вышли из леса только после объявления амнистии. Живя в лесу скрытно, они построили дома. К, ним подселились другие люди. Возникла деревня. Братья согласились назвать деревню Сутут-Торбиково, заключает предание.

Топонимические предания, относящиеся к урочищам, курганам, городищам, кладбищам и другим приметным местам Чувашии, для удобства рассмотрения, сгруппируем по современным районам Чувашской Республики.

Козловский район. Около дер. Бишево имеется кустарник Чарту, где по преданию, стояло войско Пугачева, а близ села Тюрлема в суходоле Элешке вар похоронены чувашские крестьяне, погибшие в пугачевское время.

Марииско-Посадский район. У дер. Нерядово, где повстанческая армия переправилась через Волгу, есть Пугачевский спуск—узкая дорожка, спускающаяся к берегу. На высоком правом берегу Волги на дубе был устроен для Пугачева наблюдательный пункт. Чтобы легче было взбираться на дерево, к стволу прибили гвозди, которые и после торчали в дубу долгое время. Близ села Большое Аккоз, на поле Какал пусси стояли пугачевские казаки и кормили коней. В дер. Яшерпно сохранился вал от городища, который называется Пугачевским. Близ дер. Ельниково имеется курган, на котором отдыхал Пугачев. Отсюда он направился на дер. Атлашево. Удобную переправу через Цнвиль ему указал один встречный татарин, сказав на своем языке: якши («хорошая [переправа]»). Это место поныне, чуваши называют Якашкас.

Чебоксарский район. Близ дер. Тренькасы пугачевцы зарыли в котле клад. В дер. Тойдеряки указывают место, где стояла крепость, построенная Пугачевым. В Шобашкаркасинском лесу он прожил 2-3 месяца. В селе Ишлеи на русском кладбище у храма похоронены погибшие пугачевцы.

Цивильский район. Войско Пугачева по Айдаровской дороге приближалось к дер. Стараки. Чувашские крестьяне с призывом «К Пугачу!» присоединялись к повстанческому войску. Из дер. Булдеево в войско Пугачева вступило несколько крестьян. Перейдя речку у Стараков, войско отдыхало на лугах. Выстрелив три раза из пушки, пугачевцы овладели Цивильском. Чуваши в знак благодарности пугачевцам за взятие Цивильска угощали их медом. В дер. Аниш-Крышки Пугачев прожил у старика по прозвищу Киргиз.«Говорят, эти пугачевские деньги открываются два раза в году ночью: в среду накануне пасхи и перед семиком—либо показываются в виде уток и крякают, либо ярко горят. Вообще, говорят, места древних кладов монет в указанные два дня в году открываются в полночь, Но опасно подходить к таким местам: как только приблизится человек, его поглощает земля. Чуваши говорят, что такие клады находятся в руках злого духа». В двух-трех верстах западнее дер.

Хорамалы лежит огромный камень, называемый в народе Камень Пугачева. Здесь останавливалась группа из пугачевского войска и зарыла в землю оружие. На это место и был положен пугачевцами этот камень. Недавно камень столкнули с места бульдозером, провели раскопки, но никакого оружия не нашли. На возвышенном месте близ дер. Орбаши находился склад вещей Пугачева. Близ дер. Искеево-Яндуши на опушке леса располагался штаб пугачевцев. Чувашские крестьяне кормили их. Многие чуваши вступили в войско Пугачева. В Первостепановском лесу есть поляна Салтак хартни (Солдатская корчевка). Как будто здесь, в лесу, стояли пугачевцы. Они разжигали костры. Деревья здесь высохли. Впоследствии образовалась поляна. Войско Пугачева побывало в дер. Вторые Вурманкасы. Пугачевцы из пушек стреляли по соседней деревне, где стояло правительственное войско. В курганах близ дер. Малые Тиуши зарыты солдаты, погибшие во время Пугачевской войны. Близ дер. Первое Семенове в Чушкинском лесу есть Пугачевский выступ, где останавливалось войско Пугачева. В дер. Вторые Синьялы у А. Д. Димитриева хранится пугачевский нож.

Красноармейский район. Пугачев проезжал через дер. Яманаки (Байгулово). Под дер. Передние Карыки на реке Шатьме имеется городище, там Пугачев жил. Он имел стоянку и на городище Хола выранё близ села Большой Шатьмы, заезжая в дер. Четрики в дом крестьянина Т. Артемьева. Часть его войска располагалась на трех курганах, расположенных северо-восточнее городища. В дер. Четрики рассказывают, что Пугачев был в Сорминском лесу. Он там зарыл свое имущество. В бассейне Сормы он увеличил численность своих воинов, многие с радостью вступали в его войско. Недалеко от дер. Вутланы имеется овраг Пугачева. Там останавливался Пугачев со своей группой. Бедные крестьяне встречали их радушно, угощали чем могли. Немало молодых крестьян присоединилось к Пугачеву.

Моргаушский район. В ложбине Такан ойё близ дер. Кюрегаси Пугачев вешал угнетателей. В погребе держал арестованных.

Аликовский район. Из-под Цивильска на Курмыш Пугачев ехал по большой дороге Цивильск — Ядрин до села Большая Шатьма, имел стоянку близ дер. Голова, отсюда через Яндобу выехал на большую дорогу Цивильск — Курмыш, отдыхал в дер. Выла-Базар. Стоял на городище Хола соч близ дер. Изванкино. В дер. Яргунькино побывал в гостях пугачевский отряд. Он прибыл со стороны лесков Сурхуран и Услахи. Самого Пугачева не было. Отряд был принят крестьянами очень хорошо. Отсюда отряд выехал в дер. Выла-Базар. Под дер. Татмыши есть урочища Имеки, Яшпалат, Эхетер, носящие имена героев Разинского и Пугачевского времен. Ко времени Пугачева относится и городище Холату в окрестностях дер. Хирлеп. Он побывал и в самой деревне под селом Тенеево, на месте городища Холату, был город, разрушенный во времена Пугачева.

Вурнарский район. В пяти верстах от села Альменево имеется курган, на котором был наблюдательный пункт пугачевцев. Пугачевский отряд проходил мимо дер. Тузи-Сярмус. Отряд останавливался в овраге недалеко от деревни. Пушки и другое оружие держали в землянке. Близ дер. Малдыкасы в местности Хурал касси стоял пугачевский отряд. Здесь был бой. Погибших похоронили в Сава дырми (Кладбищенский овраг). Много было раненых. Пугачевский отряд стоял и у дер. Ямбахтино

Ядринский район. Пугачев побывал в селениях Шуматово (ныне село Советское), Кильдишево, Малый Сундырь, откуда отправился в город Ядрин, построил укрепление на городище Кие хола дочё близ села Юваново. Пугачевское войско прошло и по земле села Николаевское. Пугачевцы зарыли ружья в большом овраге. Пугачев что-то свалил в Петровское озеро (оно теперь высохло). Когда у села Хочашево возводили плотину для пруда, вышли скелеты. Люди полагают, что это — скелеты погибших в борьбе с помещиками (улпутсемпе). Около дер. Симекейкасы, на реке Выла, стоял штаб Пугачева. Под дер. Алешкино во время восстания Пугачева было насыпано два кургана. В дер. Хорамалы имеется место захоронения пугачевцев. В дубраве под дер. Ордаши пугачевцы повесили на дубах несколько лиц, захваченных ими в плен. В лесу около села Малое Ка-рачкино рос высокий, крепкий вяз. Под ним останавливался Пугачев со своими воинами. К нему были приведены помещики, коштаны и попы из разных мест. Они по приказанию Пугачева были наказаны плетьми. Близ дер. Хирле-Сиры Пугачевым повешен поп Краснов.

Красночетайский район. Пугачев останавливался в дер. Калугино. Здесь он возвел вал. Стоянка Пугачева была в Хвадукасинском лесу на Суре. Он побывал в селе Пандикове, где повесил попов, и в дер. Большие Атмени. Недалеко от дер. Мочковаши имеются могилы пугачевцев.


Между прочим, кое-где даже в тех чувашских районах, где Е. И. Пугачев не проезжал, встречаются топонимические предания о посещении селений пугачевцами или самим вождем повстанцев. Так, в Канашском районе близ села Шихазаны на реке Малом Цивиле показывают место, где переходили пугачевцы. Пугачев там повесил владельца винной лавки. Пугачевцы проезжали через деревни Новые Челкасы и Большие Бикшихи. Около обеих деревень под курганами спрятали свое вооружение, включая пушки. Пугачев был в овраге у дер. Аниш-Ахпердино. Овраг назван Пакач дырми. В дер. Новые Мамеи Пугачев разрушил завод и повесил его владельца-—богатого человека. Он заезжал в дер. Салагаево, села Яншихово-Норваши и Алдиарово Янтиковского района, прошел войной через дер. Уразмете-во (Турмыши) Яльчикского района. В овраге близ села Ковалей Урмарского района под вязом не то Разиным, не то Пугачевым зарыта сорокаведерная бочка с золотом. Даже в селе Большом Батыреве рассказывали, что Пугачев был у них, чуваши были на его стороне.
Появление таких преданий объясняется уважительным, почтительным отношением чувашских крестьян к памяти народного вождя.
Как видим, в топонимических преданиях, наряду с исторически достоверными сведениями, немало и фантастического. Но они ценны тем, что свидетельствуют, как народ любил, уважал и почитал Пугачева, считал его близким к своей судьбе и интересам, увековечивал память о нем, связывая его имя с курганами, городищами, урочищами и другими примечательностями окружающей местности.

Оригинальны два чувашских предания об аресте Пугачева. О том, что Пугачев вешает помещиков и чувашских коштанов, узнал царь. По его указанию Пугачева
арестовали, повезли в Москву и там убили. По другому преданию, Пугачева арестовали в то время, когда он, охотясь за помещиком Апехтиным, на неделю задержался в чувашской деревне Аниш-Крышки у старика по прозвищу Киргиз. Но барин, удравший в Казань, все не возвращался, и Пугачев надумал съездить в Цивильск. Но поехал он туда «лишь погубить свою голову. Там его поймали, заковали в цепи и, посадив в железную клетку, повезли к царю. Говорят, царь предал Пугачева мучительной смерти». Эти предания свидетельствуют о том, что чувашские крестьяне считали Пугачева своим, близким, родным человеком: его жизнь прервалась в то время, когда он в Чувашии боролся за народные интересы против помещиков и всех угнетателей.

Когда Пугачева окружили царские войска, один из его генералов вырвался из окружения и на своей сивой лошади с серебряной уздой и подковами прискакал в лес около села Чувашской Сормы Ядринского уезда, говорится в предании «Генерал Пугачева». Здесь он был схвачен карателями и повешен на березе. Перед смертью генерал успел сказать: «Пусть здесь будет кереметь и пусть чуваши меня почитают». Это место у чувашей стало известным во всей округе Сорминским киреметем. Почитая пугачевского генерала, чуваши носили сюда выпеченных коньков, украшая их золотой и серебряной бумагой.

Угнетатели и каратели свирепо расправлялись с чувашскими повстанцами. Восставшие крестьяне решили идти на город Ядрин и остановились на берегу реки Суры, напротив города. «Ядринские жители притворно изъявили покорность и предложили им свой перевоз через Суру; но, перевозя по небольшому числу, в городе тотчас их хватали и душили, и оставшиеся на той стороне чуваши не могли догадаться о таком обмане, пока все не подверглись той же участи. В тридцатых годах настоящего (XIX— В. Д.) столетия был еще жив один чувашин, бежавший в пугачевщину из Ядрина. Он рассказывал, как ядринцы запирали их в дымные избы, морили голодом, вешали эа ноги, крутили руки и головы, немилосердно били нагайками, посыпая спины солью и поливая раны вином. Старик этот хвалился, что у него спина соленая и наспиртованная, но, несмотря на все мученья, ему удалось-таки убежать. После одного из таких страшных истязаний он притворился мертвым и ночью, собравшись кое-как с силами, тихонько, ползком, спустился на Суру, переплыл через нее и прибежал домой». Реальный образ многострадального, терпеливого, непокорного, бесстрашного, живучего и жизнелюбивого старика можно считать обобщенным образом народа.

Приведенное предание перекликается с другим, записанным нами в 1949 году. До деревни Поченары Ядринского уезда в пугачевское время дошел слух, что в Ядрине крестьянам бесплатно раздают соль. «Не езжайте, не езжайте»,—убеждали одних другие, но некоторые поченарцы поверили слуху и поехали за солью в город. Там их царские солдаты изловили, избили, многих повесили в Стрелецком выселке по повелению старшего начальника— дворянина (по-видимому, воеводы). Предание указывает, что позже и сам каратель угодил на виселицу.

Предание аналогичного содержания было зафиксировано в «Летописи Троицкой церкви города Ядрина»: «На стрелке, куда и ныне делают в преполовение крестный ход (между Троицкой и Архангельской церквами и собором), где была деревянная крепосца с башнями, говорят, была тюрьма. В пугачево время чуваши из Засурья приходили в город за солью, крича, что царь Петр Федорыч (т. е. Пугачев) велит им брать [соль] даром за вешание причтов своих, обижавших их. Этих чуваш прежде сажали в тюрьму сию, а оттуда выведши, и их самих вешали; а иных засекали до смерти, посыпая солью на раны».

Другое русское предание сообщает: «Чуваши, обрадованные Пугачевым, долго не могли успокоиться; они приходили в город Ядрин из-за Суры и кричали:

— Царь Петр Федорович приказал давать нам даром соли за то, что мы вешали попов и богачей, обижающих нас...

По приказу властей их ловили и сажали в тюрьму, а потом некоторых вешали, а иных засекали до смерти, посыпая солью раны.

За отражение Пугачева ядринскому купцу Засыпкину и купцу Упрямкину императрица Екатерина пожаловала потомственное дворянство и, по серебряному с золотом ковшу. Один серебряный с золотом ковш и сейчас хранится в Троицкой церкви города Ядрина, а другой исчез, как исчезли кафтаны и сабли, подаренные Екатериной, и дарственная грамота жителям Ядрина».

По документам известно, что ядринские купцы, создав вооруженный отряд, активно участвовали в отражении нападения повстанцев на Ядрин и подавлении крестьянского движения в уезде. Екатериной II была прислана милостивая грамота, купец В. Засыпкин был награжден шпагой и шесть других купцов (В. Беляков, А. Беляков, Г. Коротов, М. Бритвин, А. Махнев, шестой неизвестен) — серебряными ковшами.

Отряд правительственного войска, действовавший в Курмышском уезде, обшарил лес близ дер. Аликово. Пойманного там повстанца Ярандая начальник отряда увез куда-то.

В розыске повстанцев каратели пускали в ход обман, шантаж, разные уловки. Как рассказывается в предании «Они сами повесились», в село Туваны Курмышского уезда, где восставшие уничтожили более десяти попов и других причетников, прибыли три роты правительственных войск для усмирения восставших. «Чуваши решились лучше умереть, чем выдать зачинщиков мятежа в их селе, но хорошенько не могли определить, царское (то есть пугачевское.— В. Д.) это войско или царицыно (то есть Екатерины II. —В. Д.).

— Кто здесь бунтовал и вешал попов и господ?—спросил воинский начальник.
— Здесь, бачка, все было тихо и смирно, никто никого не думал вешать. Мы занимались своими делами и ничего даже не слыхали.
— Так кто же, не знаете ли, вешал попов здешних, если вы не участвовали в этом деле?
— Знать не знаем! Видно, они сами повесились».

Тогда начальник карателей пошел на хитрость. Он заявил крестьянам, что прислан от царя Петра III (т. е. Пугачева.—В. Д.) похвалить и пожаловать их за усердие: кто вешал попов, тому царь жертвует 20 пудов соли с казенного склада в Чебоксарах (а соль продавалась очень дорого и для крестьян была очень нужна). Он выдал крестьянам «грамоту» на получение соли и вывел роты за село. Здесь каратели устроили засаду, подстерегли поехавших за солью доверчивых крестьян. «Каждого проезжающего чуваша ловили солдаты и приводили к своему командиру, а тот допрашивал их:

— Ты куда едешь?
— В Чебоксары за солью, царь пожаловал;
— Да ты ведь не бунтовал и попов не вешал, даром казну разорять вздумал?
— Как не бунтовал? Вон и вожжи мои были, на них я повесил туванского попа с другими товарищами.

Разумеется, таких смельчаков солдаты брали и вязали им руки и ноги. Иные сознавались, что поехали за солью даром, не участвовали в бунте, а только смотрели, как вешали попов другие. Этих чувашей прогоняли в село нагайками, и те скакали без оглядки, считая себя обманщиками царя.  Таким способом разведали, кто были главные зачинщики и кто пособники бунта. Привезли их в село Туваны и перед собранием всех чувашей жестоко наказали батогами да вдобавок натерли им спины солью».

Такой мотив распространен широко. В селе Раскильдино (ныне Аликовского района) «церковь была с давних времен,—говорится в предании.— Первую церковь (бывшую до Пугачева) уничтожило грозой. Говорят, пугачевские солдаты проходили по нашим местам. Сам Пугачев здесь не был. Пугачевцы расправлялись с попами, дьяконами, пономарями. Пугачевцам помогали здешние крестьяне. Однажды пугачевские солдаты появились в нашем селе. С ними были и им помогали чуваши патрикеевского рода из дер. Тури-Выла и коневского рода из дер. Шундряши. Прибывшие сначала повесили попа и дьякона. Потом зашли к пономарю. А он подлизывается к ним: «У меня в погребе есть медовое пиво. Помилуйте, до смерти хоть угощу вас». А этим после долгого пути очень хотелось пить. Отпустили пономаря за пивом. А он скрытно удрал в Ядрин. Оттуда приехали в село на четырех парах лошадей. Набатом собрали сельский люд и объявили: «Кто участвовал в казни попов, тем всем в Ядрине выдают соль!» Тут же вышли сорок человек, говорят. Их увезли в Ядрин. Оттуда они не вернулись. В Сибири ли сгноили—никто не знает».

В селе Чепкас-Никольском Шемуршинского района записано предание о том, что жители Георгий Ильин и Павел Семенов были казнены за участие в Пугачевском восстании.


Многие повстанцы после подавления пугачевского движения вынуждены были скрываться в лесах, оврагах. И. И. Ивановым-Пайдашом в 1950 году записано следующее предание:

«Не одно столетие упоминают жители села Тобурданово Канашского района «Поле семерых». Почему так на зывают это поле? Где оно расположено?
Царский закон начал преследовать пугачевских солдат. Их ловили и предавали Смерти. Поэтому пугачевские солдаты разошлись группами и скрывались в разных местах. В войске Пугачева были и чуваши. Они в разных краях скрывались от глаз сельских и городских урядников и стражников.

После казни Пугачева семеро чувашских парней, бывших в пугачевском войске, укрылись и осели в Тобурдановском лесу. Эти семь чувашских парней жили в лесу близ Тобурданова, на поляне у речки Абаш (ныне 85-й квартал) в построенных ими землянках. Они издалека привели жен, и каждый с женой жил в особой землянке. Землянки были расположены вдоль речки и образовывали улочку. Внутри землянок были устроены деревянные стены. Были в них столы и стулья. На поляне они возделывали для своих жен коноплю. На больших дубовых пнях оборудовали ткацкие станки. У этих семи солдат были и разные орудия труда. Долго они там жили, но однажды их всех убили. И неизвестно, чьей жертвой они стали. Места землянок и теперь заметны. На этом месте жители села ныне пасут лошадей...»

Близ дер. Вторые Синьялы Цивильского района протекает речка Ивашка. Там после подавления восстания в течение нескольких лет скрывались пугачевцы. Они жили в землянках: среди пугачевцев был казак Ивашко. Его именем и названа речка. А два пугачевца скрывались под дер. Первое Чемерчеево в ивовой роще у Малого Цивиля. Это место называлось Пакачав кукри. В заволжской (луговой) части Чебоксарского уезда беглыми русскими крестьянами было основано село Алексеевское. Там поселилось несколько пугачевцев. В Киреметьевом лесу близ. дер. Большое Камаево Марпосадского района в землянках жили пугачевцы. Позднее они были арестованы и сосланы в Сибирь. В том же районе близ дер. Щамалы стоят два холма, известные под названием «Два брата». Холмы получили название в честь двух братьев-пугачевцев, скрывавшихся здесь после подавления народного движения. Они жили в лесу. Свои немалые деньги они закопали и землянке. С наступлением зимы они ушли отсюда

Близ дер. Кумагалы Красноармейского района есть Казачий овраг. Там в землянках жили казаки из чувашей — пугачевцы. Близ дер. Латышево Янтиковского района есть Тарпан варё (Балка беглого). Там в лесу жил пугачевец. Как успокоилась обстановка, он там построил дом, женился на старой деве. Потом они переселились в дер. Индырчи. В Кошлаушском лесу (ныне на территории Вурнарского района) жили бывшие пугачевцы. Они были на стороне бедных, продолжали борьбу против попов и пуянов. Дер. Питишево (ныне Красночетайского района), хотя и возникла на месте пасеки (чувашское название деревни Утаркасси), но среди жителей деревни есть и потомство казаков, участвовавших в восстании Пугачева и скрывавшихся от преследований. Дело в том, что на месте двора . Н. Ворожейкина в те времена стоял дом одинокой женщины. К ней и ходили казаки-пугачевцы. Казаки помогли ей стать состоятельнее. По словам Ермолая Алексеева, родившегося в 1834 году и прожившего 101 год, в годы его детства в дер. Ивашкино Комсомольского района жили два крестьянина с отрезанными ушами. У них уши были отрезаны карательными органами за участие в восстании Пугачева. После подавления Пугачевского восстания атаман Ягур (вероятно, Егор) и несколько повстанцев, опасаясь ареста, прибежали в лес близ дер. Абамзы (ныне Батыревского района). Чтобы остаться незамеченными и уберечься от многочисленных в то время лесных зверей: медведя, лося, волка, рыся — они на большом дубе устроили шалаш. Для подъема и спуска с дуба у них была убираемая вверх веревочная лесенка чикмек. Место, где проживали повстанцы, до сих пор называется Якур ёшни (Поляна Ягура). Беглые повстанцы прятались также в овраге Ахрат. Они содержали себя «охотой» на дома богатеев.

О расправе и ссылке пугачевцев в Сибирь после подавления восстания рассказывается в легендарном предании об обогащении крестьянина-чуваша из дер. Шинерпоси (ныне Чебоксарского района) Ефрема Ефимова. Ефрем был бедняком. Однажды пустил к себе ночевать больного седого старика. Через несколько дней старик умирает. Перед смертью он сказал: «Ефрем, ты меня принял как сын, ухаживал за мной. Я в долгу перед тобой. Я не останусь в долгу, у меня найдутся средства, чтобы рас платиться с тобой. Час моей смерти настал. Своим богатством я не воспользовался, и его я завещаю тебе. Мой отец был пугачевцем, громил помещиков, чиновников, сосущих народную кровь, богатых хозяев, отнимал их богатства для черного люда. Часть этих богатств зарыли в землю. Один из погребов с золотом и серебром находился в руках моего отца. Место этого погреба отец указал и мне. Как слуги царицы Екатерины поймали Пугачева, и боровшихся на его стороне крестьян начали вешать и ссылать на каторгу в Сибирь. И отец, и мать скончались в Сибири. И свой век я прожил в Сибири. Я не обзавелся и семьей.

Лишь в старости мне разрешили вернуться на родину. Я не спешил возвращаться: в Сибири по своей воле прожил еще десять лет. И лишь теперь вернулся в родную сторону, но не дошел до своей деревни, не воспользовался и кладом». Старик рассказал, где найти клад. После похорон старика Ефрем с женой и сыном нашли погреб с кладом, где были две бочки с серебряными монетами, золотыми и серебряными вещами. Так обогател Ефрем. В данном случае для нас представляет интерес содержание в предании мысли о том, что пугачевцы отнимали богатства у угнетателей для простого народа, но царизм жестоко расправился с пугачевцами.

Обзор чувашских преданий пугачевской тематики завершим небольшой мистической легендой, выработанной народным творчеством: «Около дер. Синьял-Чурино (ныне. Красноармейского района) есть речка Матыну. На ее берегу в старину похоронили пугачевцев. На могилы посадили деревья. Раньше здесь, говорят, росли три ветлы, а теперь осталась одна. Говорят, на этом месте ночью появляются призраки. Всадники сражаются саблями, говорят.. Слышен звон чанкки-чанкки от сабельных ударов. Говорят, люди во всем белом маршируют стройными рядами с барабанным боем...» . :

Рассмотрение идейно-тематического содержания народных преданий показывает, что чувашские крестьяне" видели в Е. И. Пугачеве выдающегося народного вождя, который избавлял их от гнета дворян, чиновников, духовенства и других угнетателей — купцов, пуянов и коштанов, освобождал крестьян от налогов, рекрутчины, засилья Православной церкви, разрешал чувашам придерживаться сноси религии. Пугачев, по народным представлениям, вел Справедливую воину против эксплуататоров, в защиту обездоленных. Чувашские крестьяне дружно поддержали Пугачева. Народ тяжело переживал подавление восстания.

Одну из характерных черт чувашских народных преданий составляет отсутствие деления пугачевцев по национальному признаку. Для чувашских крестьян не имело значения, какой национальности были Пугачев И его сподвижники,—важно было то, что они боролись против угнетателей, за освобождение народа. Для них Пугачев — свой, родной, чувашский герой, в одном из преданий он называется чувашским царем. Даже народная ненависть к дворянам, чиновникам, купцам, попам, как видно из преданий, вызвана именно их эксплуататорской социальной сущностью, а отнюдь не национальной принадлежностью.

Значительна была общественная функция исторических преданий пугачевской тематики. Они, передаваясь из поколения в поколение, воспитывали в крестьянской массе ненависть к эксплуатации, поддерживали веру в освобождение, надежду в появление нового Пугачева. Недаром чувашские крестьяне в 1842 году поднялись на восстание под лозунгом «Повторим события при Пугачеве!» Восставшие открыто говорили о своем желании иметь такого руководителя, как Пугачев. Примечательно, что смелым и отважным людям, не боявшимся властей, чуваши давали прозвища «Пугачев».

Немаловажно познавательное значение народных преданий пугачевской тематики. Прежде всего они позволяют определить отношение трудовых масс к событиям Крестьянской войны, к эксплуататорским классам, народную оценку Пугачева и повстанцев, получить представление о социальных взглядах и психологии чувашского крестьянства, о понимании им общественных явлений. В ряде случаев предания содержат материал, отсутствующий в документах. В частности, ценны сведения о развернувшейся в пугачевское время борьбе рядовых крестьян против богатеев и коштанов, об их тактике в отношении Пугачева и его сподвижников. Предания существенно пополняют наши знания о характере эксплуатации чувашских крестьян купцами-промышленниками и борьбе крестьян против них. Часть преданий поможет уточнить путь движения Пугачева по территории Чувашии. Использование произведений фольклора в исторических трудах оживляет изложение, вносит в него элементы образности.

Рассматриваемые предания отличаются простотой, фактографичностью, реалистичностью, отсутствием религиозных и незначительностью фантастических мотивов. В отличие от преданий разинской тематики, в пугачевских мало легендарных и нет мифических сюжетов и мотивов. Сюжет их не сложен, хотя в целом разнообразен. Многие предания посвящены отдельным незаурядным эпизодам, а некоторые близки к художественным произведениям, содержат элементы образного мышления. Такие предания, как о расплате Пугачева с цивильский купцом, «Пугачев в Оринине», «Пугачев избавил нас от гнета», «Пельмени», «Дос попа», «Богач Федот», «Генерал Пугачева», «Расправа в Ядрине», «Они сами повесились» и др., читаются как законченные рассказы и миниатюры. В них представлены яркие образы, четкие характеристики, сильные конфликты, меткие выражения.
Чувашскими крестьянами создан образ Пугачева на уровне их миропонимания: он прост, как крестьянин, для него характерны психология и поступки чувашского бедняка, он действует — заботится о чувашских трудящихся, борется с их угнетателями и завершает свой путь—в пределах Чувашии. Пугачев живет в домах бедных чувашей, как простой мститель охотится за ненавистным злодеем-помещиком. Заявляется перед богатым и скаредным цивильский купцом в одеянии нищего и, получив отказ в помощи, приходит к нему со множеством народа, вывозит на нескольких возах купеческие деньги и распределяет среди бедноты чисто крестьянским способом: разбрасывает монеты, как сеятель, из лукошка и разрешает собирать поровну, по справедливому принципу: каждому брать только те монеты, которые упали перед ним.

В коротком предании «Дос попа» образно изображен антагонизм между крестьянством и духовенством: «друг» попа из крестьян, «пожалев» его, не захотел, чтобы чужие люди покончили с ним. Трагичен образ пугачевского генерала, который перед смертью обращается к народу: «Пусть чуваши почитают меня». Драматическая ситуация изображена в предании «Они сами повесились».

Большинство чувашских преданий о Е. И. Пугачеве и пугачевцах по идейно-тематическому содержанию и сюжету оригинальны. Часть преданий по сюжетам и мотивам близка к произведениям русского, марийского и мордовского пугачевского фольклора. Русские исторические предания о Е. И. Пугачеве и пугачевцах богаты, разнообразны по социальному характеру, сюжетам и мотивам. По возникновению и бытованию в разной социальной среде их можно подразделить на предания уральских казаков, горнозаводских рабочих и крепостного крестьянства. Ряд сюжетов и мотивов чувашских преданий находит параллели в исторической фольклорной прозе пугачевской тематики, возникшей среди русских владельческих крестьян. Как в русских и мордовских преданиях, в чувашских встречаются такие выделенные В. К. Соколовой сюжеты и мотивы, как «Пугачев — вождь народа», «Пугачевцы шли против господ за народ, помогали бедноте», «Пугачевцы с барами обходились круто», «Пугачев — справедливый царь: тайно узнает, как живет народ и как обогатились угнетатели; наказывает ослушников и др.», «Сражения с царскими войсками», «Разгром Пугачева, его арест, казнь», «Пугачевские места и названия», «О пугачевских кладах». Некоторые из перечисленных мотивов имеются и в марийском пугачевском фольклоре. Не исключена возможность наличия сходных с чувашскими сюжетов и мотивов в татарских и башкирских исторических преданиях о Пугачеве и пугачевцах. Чувашскую, мордовскую и марийскую устную народную историческую прозу сближают широко представленные в ней сюжеты и мотивы борьбы против православного духовенства, представлявшей собой реакцию поволжских народов на насильственную христианизацию.


Следующее: О событиях конца XVIII — первой половины XIX веков

Предыдущее: О Емельяне Ивановиче Пугачеве и чувашах

Интересное: О Емельяне Ивановиче Пугачеве и чувашах



Поделиться!



Чтобы не пропустить новые приколы, подписывайся в Вконтакте!