Об основании городов и возникновении новых селений, расселении чувашей в XVI-XIX веках

Об основании городов и возникновении новых селений, расселении чувашей в XVI-XIX векахПрисоединение чувашского народа к России в 1551 году «по челобитью», мирно, явилось кардинальной, переломной вехой, определившей характер его дальнейшего развития. Оно представляло собой значительный акт и для России, привело к усилению ее мощи. Войдя в состав Российского государства, чувашский народ навеки связал свою судьбу с судьбой русского народа, сохранил себя как народность и получил возможность для прогрессивного развития. Конечно, сами чуваши в те далекие времена не могли представить себе всей глубины значения этого важнейшего события. Единственным их стремлением было избавиться от ханского ига и облегчить свое социально-экономическое и политическое положение.

Разумеется, в условиях эксплуататорского строя чувашские трудовые массы и в составе России находились под тяжелым гнетом — под социальным и национальным гнетом царизма, русских и местных феодалов, позднее и капиталистов. Чувашские крестьяне платили в царскую казну денежные и натуральные подати, несли многочисленные повинности. Часть их общинных земель отошла к русским помещикам и монастырям. Царское правительство в начале XVII века запретило чувашам, как и марийцам и удмуртам, заниматься кузнечным и серебряным делом. Реакционная национальная политика царизма тормозила развитие экономики, общественных отношений и культуры чувашского народа. Царизм не допускал у чувашей и других нерусских народностей никаких элементов государственности.

И тем не менее вхождение в состав России имело для чувашского народа прогрессивное, положительное значение еще в дооктябрьский период. Русское централизованное государство в социально-экономическом, культурном и политическом отношениях стояло намного выше, чем военно-феодальное Казанское ханство с сильно выраженными чертами восточного деспотизма. В Российском государстве чуваши оказались в условиях высокоразвитого феодального строя. Ими управляли и их судили по законам и юридическим нормам развитого русского феодального права. Условия мирного вхождения чувашского и других народов Горной стороны, изложенные в жалованной грамоте Ивана IV с вислой золотой печатью, в основном выполнялись. Земли чувашей сохранялись за ними (на территории компактного расселения чувашей в XVI— XVIII веках в руки русских помещиков и монастырей, а также под городские поселения перешло только около 4 процентов земель), чувашские трудовые массы были оставлены в ясачнообязанном состоянии, в XVIII веке стали государственными крестьянами, не передавались в руки помещиков, монастырей и дворцового ведомства, не стали частновладельческими (крепостными. Народ в преданиях по-своему объяснял, почему чуваши не были закреплены боярами и дворянами. Иван Грозный, проезжая по Чувашии, удивлялся хорошей обработке полей, отсутствию сорняков на них, высоким урожаям хлебов. Как будто он привозил своих бояр в чувашские деревни и, показывая на колосящиеся нивы, говорил: «Учитесь!» Бояре попросили закрепить за ними чувашских крестьян, на что Иван Грозный ответил: «Нет уж! Пусть будут царевы люди».

Период мирного присоединения Чувашии к России, которое совершилось в годы правления Ивана IV, чувашский фольклор обобщает поговоркой: Йаван ёмпу чухнехи пурнида мён калан — «Что и говорить о жизни при царе Иване». Поговорка свидетельствует о том, что годы национально-освободительной борьбы чувашского народа, увенчавшейся ликвидацией ига казанских ханов и феодалов в результате присоединения Чувашии к России, годы трехлетней льготы от податей запомнились народу как лучшие годы в его многострадальной истории.

Как отмечали многие историки, русский народ оказывал на чувашей цивилизирующее влияние, одновременно воспринимая немало полезного и от них.

Уже с первых десятилетий после вхождения в состав России трудящиеся массы чувашей, мари, татар, мордвы вступили в дружественные отношения с русскими крестьянами. Многие русские, пребывавшие у казанских ханов и феодалов в рабстве, после ликвидации ханства не стали возвращаться в центральные районы России и остались в татарских, чувашских и марийских селениях. Русские крестьяне из бывших полоняников жили «и с татарок, и с чувашею» вместе и пахали свои пашни «не в разделе с татарскими и чувашскими пашнями, смесь по полосам»,— сообщает писцовая книга Свияжского уезда 1565—1567 годов. В 1593 году казанский митрополит Гермоген с негодованием докладывал царю Федору Ивановичу, что «многие русские полоняники и не полоняники живут у татар и у черемисы и у чуваши и пьют с ними и едят содново и женятся у них». Чувашские крестьяне всегда с уважением и симпатией относились к простым русским людям, "с которыми рядом жили и трудились. щокар-тавар ларса сисен, хура вырас та хуранташ — «если русский простой человек отведает с нами хлеба-соли, почему не назвать его родным человеком»,—гласит чувашская пословица.

После присоединения Среднего Поволжья к России несколько ускорилось развитие здесь производительных сил, началось освоение новых земельных пространств в бывшем «диком поле». На территории Чувашии в основном установились мирные условия жизни, труда и хозяйствования, что способствовало росту численности населения, расширению посевных площадей, увеличению количества рабочего и продуктивного скота. В чувашских преданиях подчеркивается, что после присоединения Казанского ханства к России наступила спокойная, мирная жизнь. Совершенствование хозяйственных занятий чувашских крестьян обусловливалось и положительным влиянием русского народа. Чуваши перенимали от русских лучшие хозяйственные и культурно-бытовые достижения. О лучшем из изготовленного соплеменниками чуваши говорили: «Сделано на русский лад».


Важнейшим из прогрессивных последствий вхождения Чувашии в состав Российского государства явилось приобщение чувашских крестьян к классовой борьбе русского крестьянства и трудовых масс других народов.

С вхождением в состав Российского государства произошли коренные изменения в управлении Чувашским краем. На место ханской администрации, изгнанной с территории Чувашии в ходе освободительной борьбы, была установлена российская система управления. Для управления Казанской землей и другими вновь присоединенными территориями в Москве был создан Приказ Казанского дворца. Почти треть территории Чувашии вошла в состав Свияжского уезда. Царское правительство возвело города-крепости Чебоксары (1555 г.), Алатырь (1550-е гг.), Кокшайск (1574 г.), Козьмодемьянск (1583 г.), Цивильск (1589 г.), Ядрин (1590 г.), которые стали центрами уездов Чувашского края. В конце XVI века чувашская Юмачевская волость вошла в состав Курмышского уезда. Города и уезды стали управляться подчинявшимися царю и Приказу Казанского дворца воеводами вместе со специальными «татарскими» головами, ведавшими нерусским населением, и со штатом приказных служителей. В крепостях были построены тюрьмы, дворы для содержания наложников из местного населения, житные дворы для хранения собираемого с крестьян ясачного хлеба и т. д. В городах были размещены вооруженные силы (от 200 до 1000 воинов в каждом), которые служили целям управления краем, подавления классовой борьбы трудовых масс и защиты края от нападений кочевых крымских и ногайских орд, позднее — отрядов калмыцких феодалов. В посадах городов сосредоточивалось торгово-ремесленное население. Города, как центры торговли, ремесла и промыслов, играли важную роль в экономике Чувашии, связывали ее со складывающимся всероссийским рынком.

Города края, их основание, происхождение их названий в чувашском фольклоре получили своеобразное отражение.
По археологическим данным, с XIV века на месте Чебоксар существовало чувашское поселение городского типа с кирпичными зданиями, ремесленным производством. На карте Фра-Мауро 1459 года, составленной на основе более ранней карты, на месте Чебоксар помещен город Веде-Суар10. В русских летописях Чебоксары впервые упоминаются под 1469 годом. Широко распространены предания о том, что основателем поселения был чуваш Шебашкар. В предании, записанном в 1763—1765 годах подполковником А. И. Свечиным, говорится, что «Шебашкар был изрядного жития доброй человек, почему за отменную ево между протчими жизнь имел от соседей своих почтение. По притчине той и речка имянована по нем Чебоксарка». К. С. Милькович в конце XVIII века писал: «Город Чебоксары наименование свое получил, так как древние сих мест обитатели сказывают, от бывшей на оном месте в старинные времена чувашской деревни Шобаксар». По другому преданию, на месте города впервые поселились рыбаки-чуваши Шубаш и Кар. Поселение стало расти за счет прибывавших из других мест рыбаков. Со временем рыбаки на своем сходе решили назвать поселение именами основателей — Шубашкар. Впоследствии поселение стало городом. Согласно записи, сделанной И. И. Юркиным в 1892 году, на месте Чебоксар первым поселился богатый чуваш. К нему стали подселяться другие чуваши. В дальнейшем поселение переросло в город. Записанное в 1904 году предание повествует, что Шубашкар основан чувашским хозяина, пользовавшимся доброй славой и уважением улбута (феодалов) и русских купцов. Из-за хорошего отношения к нему русские здесь уважали и всех чувашей. В городе род чувашского хозяина не прерывался. Его потомки поддерживали связи с чувашскими крестьянами. Последние привозили в город хлеб для продажи.

Вторая группа преданий в объяснении основания города исходит из русского урбонима Чебоксары. В дер. Шинеры (наверное, в дер. Шинерпоси Чебоксарского района), в десяти верстах от будущего города Чебоксар, жил чуваш Цабак (Чебак) со своей женой Сарой. Он ездил на место города рыбачить, потом поставил здесь двор. Возникшее затем поселение получило название от имен Чебака и Сары. Несколько отличается предание, записанное А. А. Фукс в 30-х годах XIX века: «...Я очень рада, что узнала о Чебоксарах легенду. До построения города жили в этом месте два главных чувашских йомся — Чебак и Сар. Где теперь находится соборная церковь, там была пребольшая киреметь, в которой жил Чебак. Сар жил также в киремети, где теперь построена Владимирская пустынь. Чуваши говорят, что когда русские начали строиться, то поднялась ужасная буря, гром, молния, дождь, град. Ветром ломало деревья в киремети, и обитавший в ней злой дух со свистом и криком вылетел из нее. Вот от чего производят имя Чебоксар».
Эти предания согласно повествуют о том, что до построения в Чебоксарах русскими властями крепости в 1555 году существовавшее здесь поселение было чувашским. Указания на богатого чуваша, являвшегося первым жителем поселения, наводят на мысль об основании его болгаро-чувашским феодалом. Из предания, записанного А. А. Фукс, можно понять, что сооружение русскими крепости в Чебоксарах воспринималось чувашами как коренная перемена в их истории.


Какая судьба постигла чебоксарских чувашей с основанием в 1555 году русской крепости —письменные источники умалчивают. К.С. Милькович в конце XVIII века со ссылкой на рассказы старожилов писал, что по построении русского города «чувашская деревня Шобаксар» была «выведена и поселена в 12 верстах от оного, каковое наименование удержала она и поныне». Действительно, в XVII—XVIII веках в 12 километрах западнее Чебоксар существовала чувашская деревня Шебашкар, которая затем разделилась на три выселка, известные теперь как деревни Ойкасы, Варпоси и Онгапоси нынешнего Вурман-Сюктерского сельсовета Чебоксарского района. По всей вероятности, дер. Шебашкар была основана чебоксарскими переселенцами. По-видимому, и ныне существующая в указанном сельсовете дер. Шобашкаркасы является выселком из дер. Шебашкар. По преданию, и дер. Чувашская Чебоксарка (Чаваш Шупашкарё) Новошешминского района Татарстана была основана в первой половине XVII века потомками чебоксарских чувашей из дер. Шебашкар.
В объяснении имен основателей поселения предания исходят из приемов народной этимологии. Такие объяснения в большинстве случаев не достоверны. Ученые еще не пришли к единому мнению об этимологии названий Шупашкар (Шубашкар) и Чебоксары. Одни считают, что в урбониме Шупашкар слово шупаш представляет собой историческую (этапную) форму слова чаваш (чуваш), а слово кар в древнем чувашском языке означало «огороженное место», «город», то есть Шупашкар—«Город чувашей». Другие полагают, что шупаш (шубаш) происходит от тюркского термина су баши (шубаши)—«глава войска».

Есть мнение, что Чебоксары (в XVI—XVII веках обычно писали Чебоксар)—русская фонетическая форма слова Шупашкар. Н. И. Золотницкий еще в 1875 году утверждал, что слово Чебоксары не соответствует чувашскому Шупашкар. По его мнению, урбоним Чебоксар(ы) происходит от чувашского слова дупах (допах) «лещ, подлещик» и послелога cap «местность, изобильная (чем-то)» и означает «местность, изобильная рыбой». Широкое распространение получило русское предание об основании Алатыря Иваном IV во время его похода на Казань в 1552 году. Возникновение этого города чувашское предание относит ко времени до овладения русскими Казанью. В старину на месте города, гласит оно, стояла татарская деревня Ала ту. Туда прибыл Иван Грозный, отогнал татар и велел поставить город. Сам вернулся восвояси. Два-три года Иван Грозный не получал вестей от оставленных там людей. Потом из-под Брянска перевел сюда много дворов и построил дубовую крепость. И в ней размещено было войско. После взятия Казани Алатырь все увеличивался, вокруг него построили вторую крепостную стену. Как указывалось выше, Алатырь действительно был основан при Иване IV, но после взятия Казани, в середине 50-х годов XVI века (в источниках впервые упоминается в 1555 году). Переселение 172 человек стародубских детей боярских из Брянска в Алатырь — исторический факт. Однако оно произошло не при Иване IV, а в 1621 году22.

Хотя Цивильск основан в царствование Федора Ивановича в 1589 году, чувашское предание относит его основание ко времени Ивана IV. Еще в конце XVIII века землемером К. С. Мильковичем было записано следующее предание о Цивильске: «...Первоначальные жители сих мест, известные под названием чуваш, уверяют, что по словесному преданию от их предков известно, в древности жил тут их чувашский князь, называемый Пулат, который, не пожелав быть под ведением города Чебоксар, уступить преимущество свое прочим князьям, ездить почасту во оной город и давать отчет, испросив позволение у царя Иоанна Васильевича, построил город, куда его величество повелел отправить воеводу и учредить там земское правление. Напоследок князь Пулат, выведя жителей из деревни Сюрбеевой, поселил их от города в 12 верстах. А прочие деревни Сюрбеевы, которые построению города не мешали, оставил на своих местах, и от них сей город на чувашском языке получил свое наименование Сюрбя хола, каковое удержал и поныне». Автору настоящей книги, уроженцу дер. Новое Сюрбеево, что в 14 км от Цивильска, в детстве приходилось слышать от односельчанина Ф. П. Петрова, что на месте поселения наших предков, был основан Цивильск, вследствие чего жители этого селения подались на юг. Несколько дворов осталось в дер. Новое Сюрбеево, остальные отправились в степь — на территорию нынешнего Комсомольского района, где имеются селения, так-же называемые Сюрбеево. Расставанье между остававшимися в дер. Новое Сюрбеево и уезжавшими в степь было очень трогательным, многие рыдали, а один из уезжавших, от сильного волнения, бросил свой войлочный колпак в овражек.

Есть предание о том, что Цивильск был поставлен в другом месте—то ли под дер. Вторые Тойзи, на левой стороне речки Шумаши, то ли западнее дер. Нюрши, около урочища Кун дут, то ли в поле Ката вёд под дер. Синьял-Убеево (ныне в Красноармейском районе). В городе, будто, была построена церковь, но ее колокол не зазвонил. Поэтому город перенесли в междуречье Большого и Малого Цивилей.


В предании о возникновении Ядрина говорится, что трое чувашских старейшин: Тогачь, родоначальник дер. Тогачь, Сарплат, основатель дер. Изванкино, и Азамат, основавший дер. Азамат (все три деревни ныне в Аликовском районе), «заспорили между собою, кому иметь у себя уездный город, намеченный царем». От царских наместников грамоту на право основания уездного города получил Тогачь. С ним начали воевать за грамоту Сарплат и Азамат (по другому преданию, Азамат был богатый и грозный чуваш, подчинивший себе окрестные чувашские деревни). Но «ночью на дом Тогача напал с помощью солдат другой знатный чуваш по имени Етёрне из дер. Ядрино» и присвоил грамоту. Так уездным городом стал Ядрин.

Приведенные чувашские предания об основании Цивильска и Ядрина весьма характерны: по ним выходит, что сами князьки и старейшины чувашей были заинтересованы в постройке уездных городов. Конечно, не подлежит сомнению, что Цивильск был основан на месте "поселения чувашского сотного князька — дёрпу. Однако невозможно поверить преданию, что он был построен князем Пулатом, по его инициативе, с позволения Ивана IV. Документально известно, что Ядрин был основан на земле чувашей Ядринской волости в 1590 году, однако не по стараниям чувашских старейшин. И Цивильск, и Ядрин были поставлены русскими властями для укрепления своего положения после подавления восстания чувашских и марийских крестьян в 80-х годах XVI века. Приведенные предания, по-видимому, порождены чувством национального сознания чувашей той далекой эпохи.
Русское предание сообщает, что во время последнего похода Ивана Грозного на Казань (в 1552 году) русские войска лили на месте будущего города ядра, что и отразилось в названии города. На самом деле маршрут войск Ивана IV не пролегал через места, близкие к будущему Ядрину, в районе города не было никаких следов литейного дела. Предание обязано своим появлением лишь созвучию слов ядро и Ядрин.

Записано и другое предание о возникновении названия города Ядрина: в старину жили на месте города марийцы и чуваши, были там и татары. Из марийцев был богач витязь Чебак, а из чувашей богач Ядрый. От Чебака гора близ Ядрина получила название Чебаковской, а город сам получил название от имени чуваша Ядрыя. Когда горожане вытеснили прежних жителей за Суру, то чуваш Яд-рый поселился в верстах двадцати пяти от города на большой дороге, ведущей в город Козьмодемьянск, и это место слывет доныне как село Ядрино. Чебак поселился за Сурой, и на этом месте теперь село Чебаково (ныне оба села в Ядринском районе).

До 1590 года Ядринская волость, существовавшая задолго до возникновения города Ядрина, входила в состав Чебоксарского уезда. У чувашей этой волости взяли земли под город и под стрелецкие пашни, взамен предоставив им земли «промеж речек Урги и Уронги и Мигины». Имеется много оснований считать, что город получил свое название от наименования чувашской деревни Етёрне (Ядрино), произносимого верховыми чувашами в форме Ятарна.

Города являлись не только административными центрами. Вскоре после их основания в них возникли посады, где сосредоточивалось торгово-ремесленное население. Города, как центры торговли, ремесла и промыслов, играли важную роль в экономике Чувашии, связывали ее со складывающимся всероссийским рынком. Крестьяне сбывали в городах сельскохозяйственную продукцию, покупали изделия и товары, которые не изготовлялись в своем, в основном натуральном, хозяйстве. Городские ремесленники производили специфические изделия — некоторые металлические орудия труда, женские украшения, посуду и другие предметы домашнего обихода, употреблявшиеся только у чувашей. В городах была развита металлообработка, кожевенное и сапожное производства.

В чувашской песне встречаем такие строки:

Сапоги же, что мы носим,

Сшиты в Чебоксарах русским.

Важнейшим последствием вхождения чувашского народа в состав России явилось расширение территории его обитания. Как уже указывалось, в результате монголо-татарского ига чуваши вынуждены были оставить свои закамские и средневолжские земли, потеряв абсолютное большинство своей численности. Территория расселения чувашей сузилась в несколько раз.

В середине XVI века одна группа чувашей обитала в центральных и северных районах территории современной Чувашской Республики (южная граница их земель проходила по реке Кубне), другая — в Приказанье и Заказанье, где от Казани на восток вплоть до Средней Камы широкой полосой растянулась Чувашская дорога (позднее Зюрейская дорога Казанского уезда). А территории современных Яльчикского, Комсомольского, Баты-ревского, Шемуршинского районов Чувашии, юго-западных районов и закамской части Татарстана, Ульяновской, Самарской, Пензенской, Саратовской областей представляли собой «дикое поле»—пространство без оседлого населения и поселений, где проводили лето ногайские и другие кочевые орды, а с 30-х годов XVII века — и калмыки. Отток населения из юго-восточной и южной частей Чувашии, юго-западной и закамской частей Татарии, с территорий Ульяновской и Самарской областей начался еще в XIII веке из-за монголо-татарских погромов. Полностью запустели эти районы во второй половине XIV— начале XV веков в результате грабительских нападений отрядов ордынских эмиров, вторжения Тамерлана в 1391 и 1395 годах, походов русских князей до 1431 года.

После вхождения в состав России в Чувашии установились, как уже указывалось, мирные условия жизни и хозяйствования, прекратились разорительные военные действия, часто происходившие во времена господства казанских ханов. На чувашских крестьян были распространены развитая система феодальных отношений и права, устойчивые порядки ясачного податного обложения, отменены господствовавший при хане произвол при сборе податей и проводившиеся для этих целей грабительские военизированные экспедиции. Условия мирной жизни и спокойного хозяйствования и законный порядок, установленный в крае, введение устойчивых порядков земельных отношений и рентно-налогового обложения способствовали росту народонаселения, расширению запашки и массовому выделению от материнских селений дочерних— выселков. Этот процесс интенсивно шел с середины XVI до-конца XVIII веков, продолжался в XIX—первой половине XX веков. Только в северной и центральной частях Чувашии возникло около тысячи селений.
Правительство России с привлечением оседлого, в том числе чувашского, населения Среднего Поволжья в XVI-XVIII веках построило Кубнинскую, затем Алатырско-Тетюшскую, Симбирско-Карсунскую, Закамскую, Сызранско-Пензенскую и Вторую Закамскую оборонительные линии (засечные черты), что обезопасило от вторжения кочевников большие пространства плодородных земель.

С последней четверти XVI до начала XVIII века чувашские крестьяне возвратились в оставленные ими в XIV — начале XV столетий земли юго-восточной и южной частей Чувашии, вплоть до начала XX века интенсивно осваивали присурские леса нынешних Ибресинского, Шумерлинского и Красночетайского районов.
В XVII—XVIII столетиях чувашские крестьяне Правобережья Волги, Приказанья и Заказанья переселялись также в Симбирский край и Закамье — на территории, ныне входящие в Татарстан, Ульяновскую и Самарскую области, а также районы Саратовского и Пензенского краев. (Правда, значительная часть приказанско-заказанских чувашей была отатарена.) Чувашский народ получил возможность вернуться на свои прежние, обжитые прадедами земли, вынужденно покинутые в XIII—начале XV веков, заново осваивать эти земельные площади. Здесь возникли сотни чувашских деревень. В XVII—XIX веках чуваши вместе с русскими, татарами, мордвой и марийцами участвовали в колонизации и освоении обширных и плодородных земель Башкирии и Оренбуржья. За четыре столетия после вхождения в состав России территория расселения чувашей увеличилась не менее чем в четыре раза.


В 1795 году в России чувашей насчитывалось 352000 человек обоего пола, из них 233897 человек (66,5 процента) проживали в Чувашии в границах современной республики, 118103 человека (33,5 процента)—за пределами территории республики. В XIX веке продолжалась миграция чувашей в Приуралье, но главными направлениями стали Сибирь и Дальний Восток (вплоть до Сахалина). Всероссийская всеобщая перепись населения 1897 года показала, что из 843755 всех чувашей в России 527573 человека (62,5 процента) проживали на территории современной Чувашской Республики, а 316182 человека (37.5 процента)—за ее пределами.
В XX веке также продолжалась миграция чувашей в другие районы страны. По данным переписи 1989 года, в СССР числилось 1 млн. 839. тыс. 228 чувашей, из них 905614 человек, или 49,3 процента,—в Чувашской АССР, остальные проживали в Татарской АССР (134,2 тыс. человек), в Башкирской АССР (118,5 тыс.), в Куйбышевской области (около 115,0 тыс.), Ульяновской области (более 90 тыс.). От 10 до 30 тысяч чувашей числилось в Красноярском крае, Кемеровской, Оренбургской, Тюменской, Саратовской, Челябинской, Иркутской, Пермской, Волгоградской областях, Украинской, Казахской и Узбекской ССР, в г. Москве.

Такое расселение чувашей, то есть то, что более половины из их общего количества проживает за пределами Чувашской Республики, что неблагоприятно отражается на их национально-культурном развитии, нас огорчает. Однако процесс образования такой диаспоры был обусловлен исторически. Чувашское население, численно увеличившееся за четыре с лишним столетия после вхождения в состав России более чем в 10 раз, не могло разместиться на территории республики. В настоящее время плотность ее населения составляет 73 человека на 1 квадратный километр. Среди автономных республик, краев и областей России по плотности населения Чувашия занимает одно из первых мест.
Расселение чувашей и возникновение новых селений в XVI—XIX веках нашло отражение и в документах, и в многочисленных преданиях. Большинство интересующих нас произведений несказочной прозы — это предания о селениях и местностях, то есть историко-топонимические. Во многих из них содержатся сведения об исторических событиях и лицах.

Вначале рассмотрим вопрос и связанные с ним предания о расширении пахотных площадей за счет расчистки леса под пашни и возникновении дочерних селений (выселков) в XVI—начале XX веков в северной и центральной Чувашии — на территории, ныне входящей в Козловский, Мариинско-Посадский, Чебоксарский, Моргаушский, Урмарский, Цивильский, Красноармейский, Аликовский, Ядринский, Янтиковский, Канашский, Вурнарский, Красночетайский и Шумерлннский районы. На этой территории в середине XVI века было свыше 300 чувашских деревень. С конца XVI столетия до 1780—1781 годов чувашские селения перечисленных районов входили в Яльчиковскую, Чекурскую, Андреевскую, Арийскую, Темешевскую, Шигалевскую, Карамамеевскую, Айбечевскую, Хозесановскую волости Свияжского уезда; Сундырскую волость Кокшайского уезда; Кувшинскую, Чемуршинскую, Сугутскую, Ишаковскую, Ишлейскую, Шерданскую, Кинярскую, Туруновскую, Алгашинскую волости Чебоксарского уезда; Сюрбеевскую, Богатыревскую, Тугаевскую, Второ-Тугаевскую, Убеевскую, Кошкинскую, Рунгинскую волости Цивильского уезда; Ядринскую, Выльскую и Сорминскую волости Ядринского уезда; Аликовскую, Тувановскую, Шуматовскую, Шумшевашскую и Яндобинскую сотни Юмачевской волости Курмышского уезда; Алдышевскую, Кобяшевскую н Тенякову сотни, Чигирееву пятидесятину Козьмодемьянского уезда. Волости сохраняли следы древней родо-племенной общности. В начале XVIII века Ядринский и Курмышский уезды были включены в Нижегородскую губернию, остальные чувашские уезды — в Казанскую. В 1780—1781 годах чувашские земли в пределах нынешней республики вошли в Козьмодемьянский, Тетюшский, Цивильский, Чебоксарский, Ядринский уезды Казанской губернии, Буинский и Курмышский уезды Симбирской губернии.

Материнские селения центральной и северной Чувашии возникли в основном в XIII—XV веках, но некоторые из них были основаны еще в X—XII столетиях. Об их образовании было сказано в первой части «Чувашских исторических преданий». Согласно археологическим данным, письменным источникам и историческим преданиям, в связи с погромами монголо-татарских феодалов чуваши прибывали на территорию центральной и северной Чувашии — в лесистый район, где обитало незначительное количество марийского и чувашского населения—в XIII—начале XV веков. С территории современной Ульяновской области чуваши поднимались по рекам Свияге и Суре, из юго-восточных районов Чувашии — сухим путем, из Закамья — по Волге. На правобережье переправлялась и часть чувашей, вначале переселившихся из Закамья в Приказанье.

Деревни, существовавшие в северной и центральной Чувашии к середине XVI века, были зафиксированы русскими властями как самостоятельные общины. Эти деревни принято считать материнскими. Их названия известны по документам XVI—XVIII веков, они перечисляются в переписных книгах переписи 1715—1717 годов, I—V ревизий населения в XVIII веке. Дочерние селения (выселки) в них не указывались. Позднее названия материнских селений сохранились в наименованиях
сложных земельных общин. Характерно, что в названиях материнских селений нет слова касси (околоток).
Еще в Казанском ханстве за общинами ясачных чувашей были закреплены участки пахотных земель, лугов и леса, причем обширные участки леса нередко были отведены либо группам селений, либо каждой общине отдельно. Даже в конце XVIII века 49 процентов территории Чувашии в границах современной республики было занято под лесами.
В XVI—первой четверти XVIII века ясачные чуваши за обрабатываемые земли и сенокосы платили казне ясак, за оброчные пашни и сенокосы, бортные и хмелевые урожаи в лесах, бобровые гоны, мельничные места, рыбные ловли и т. п.—оброчные сборы. С 20-х годов XVIII столетия ясак был заменен подушной и оброчной податью, а оброчные статьи сохранились по-прежнему. Лесные угодья, за исключением бортных деревьев и хмелевых ухожаев, не облагались налогами.


Население каждой отдельной сельской общины с течением времени росло. Культурная площадь общины вблизи деревни становилась тесной, не удовлетворяющей потребностей всех общинников в земле, а дальнейшее расширение этой первоначальной площади не всегда представлялось возможным по качеству земли, растительного покрова и другим причинам. Поэтому отдельные группы общинников вынуждены были расчищать новые участки леса в даче общины или в общей лесной даче нескольких селений, в стороне от коренной, материнской деревни. Существовал традиционный порядок: «Из того лесу кто где у своей деревни розчистит, тут живет и пашет и сено косит». Группы общинников, нередко родственников, переселялись на эти вновь обработанные участки, образуя дочерние селения—выселки от материнской деревни, которые обычно назывались околотками (касси). Органы власти не препятствовали расчистке леса, так как это вело к росту поступления ясачных и оброчных сборов в казну. Поощряя расширение обрабатываемой тяглой площади земли, органы власти в течение нескольких лет, пока люди, расчищавшие лес, «за труды свои не вывладели», не облагали расчищенные пашни податями. Выселки — дочерние селения — числились при материнском селении. Это вело к образованию сложных общин, объединявших несколько селений. Причем на ее территории новые выселки основывались переселенцами не только из материнского селения, но и из ранее возникших выселков.
Образование выселков происходило постепенно. Выбор их места диктовался хозяйственными соображениями, удобством для поселения, земледелия и животноводства.

С середины XVI до конца XVII века в составе многих сложных общин северной и центральной Чувашии образовалось от 2 до 10 селений. Образование выселков наиболее интенсивно шло в XVII столетии. В XVIII веке, ввиду сокращения мест, удобных для расчистки, а также в связи с тем, что в начале столетия многие дубравы Чувашии были объявлены заповедными и перешли в непосредственное владение казны, база для расширения пашен и образования выселков несколько сузилась. Но и в XVIII веке возникло большое количество выселков.

Если расчистка под пашню была проведена в общем лесу нескольких общин, то такой участок становился владением той общины, члены которой расчистили. Расчистка новых участков в общих лесных владениях приводила к тому, что выселки из разных материнских селений нередко располагались вперемежку. Более того, иногда крестьяне двух самостоятельных общин, расчистив лес в одном месте, селились,рядом и в результате основывали один населенный пункт, своими частями входивший в две сложные общины. Достаточно привести следующие примеры по Ядринскому уезду: околоток Вурманкасы частями входил в Яндобинскую и Кораевскую сложные общины, каждый из околотков Коракши и Качалов— одновременно во Вторую Тинсаринскую и Куганарскую общины, околоток Тюлюкасы — в Первую Муратовскую и Вторую Муратовскую общины, части околотков Кукшумы, Чалым, Малды Кукшумы — в Байглычевскую и Третью Икковскую общины, околотки Пшонги, Ванюшкасы, Чирш-касы и Хозакасы — в Третью Янгильдинскую и просто Янгильдинскую общины, околотки Старые Игити и Новые Игити — во Вторую Янмурзинскую и Третью Янмур-зинскую сложные общины.

Еще в XVII—XVIII веках некоторые выселки становились самостоятельными деревнями. Однако большинство выселков (околотков) числилось при материнских селениях. Полное перечисление выселков мы впервые встречаем в материалах Генерального межевания конца XVIII—начала XIX веков. Здесь при многих материнских селениях указаны названия выселков или их номера. Обычная форма этих сведений такова: в Чебоксарском уезде «Яльчиковской волости селы: Богословское Карамышево тож (21 двор)... с выселками: из села Богословского Карамышево тож называемое — Вязовской (26 дворов); Моорзовской (20 дворов), Шенарской (17 дворов), Косняр-ской (15 дворов), Красногородской (27 дворов), Кинерской (21 двор), Можарской (16 дворов)». Подобный же пример: в Козьмодемьянском уезде — «Деревня Большая Юнга Ядрино тож (30 дворов). |Из оной выселки: Чуваш-касы (30 дворов), Кубаскасы (19 дворов), Чермушкасы (13 дворов), Ябалной (14 дворов), Юнга-боси (17 дворов)».

Иногда названия выселков не даны: в Чебоксарском уезде — «Айбесинской волости села Воскресенского Бичурино тож с четырьмя — Первой (30 дворов), Второй (25 дворов), Третьей (15 дворов), Четвертой (9 дворов)». В других случаях выселки нескольких материнских селений, включенных в общую окружную межу, перечислены совместно. Например: в Ядринском уезде—«Село Богородское Балдаево тож (31 двор) с деревнями: Сареевой (20 дворов), Байбахтиной (22 двора), с выселками: Печеняркасом (29 дворов), Хоракасом (21 двор), Поделе-касом (26 дворов), Авчикасом (22 двора), Балдаевским (20 дворов), Чурбаем (39 дворов), Атликасом (29 дворов), Персирланом (29 дворов), Орабакасом (53 двора), Большим Югутом (16 дворов), Малым Югутом (6 дворов)». Здесь объединены в одну окружную межу 3 сложные общины. Сравнивая с другими документами, можно выяснить, что выселками из села Балдаево являются Атликасы, Орабакасы, Чербай, Большой Югут, Малый Югут, Персирлан, Балдаевский; выселком из дер. Сареево — Нагорный, выселками из дер. Байбахтино: Авча-касы, Поделейкасы, Хоракасы, Печеняркасы. Однако в таких случаях не всегда удается выяснить, из какого именно материнского селения выселилось дочернее (околоток) .
Известны случаи деления материнской деревни на две части, и они обе становились материнскими. В официальных документах XIX века выселки называются деревнями или околотками.


Согласно данным Генерального межевания, в конце XVIII века чувашских селений числилось: в Чебоксарском уезде 100 материнских (села и деревни) и 176 дочерних (выселков), которые входили в 65 сложных и 35 простых общин; в Ядринском уезде 135 материнских и 340 дочерних, составлявших 101 сложную и 34 простые общины; в Козьмодемьянском уезде 65 материнских и 143 дочерние, входившие в 43 сложные и 22 простые общины; в Курмышском уезде 27 материнских и 49 дочерних, составлявших 17 сложных и 10 простых общин. Южную часть Цивильского уезда занимала территория прежнего «дикого поля», заселенного во второй половине XVI—XVII веках переселенцами из северной и центральной Чувашии. Основанные здесь примерно 100 селений в конце XVIII века составляли самостоятельные простые общины. К северной части Цивильского уезда относим 77 материнских и 102 дочерних селения, входивших в 54 сложные и 23 простые общины. Следовательно, в северной и центральной Чувашии в конце XVIII столетия числилось 404 материнских и 810 дочерних чувашских селений, составлявших 280 сложных и 124 простые общины.

В XIX—начале XX веков продолжалось выделение выселков, хотя в значительно меньшем количестве, чем раньше. За это время количество чувашских селений увеличилось: в Чебоксарском уезде на 26, Ядринском — на 40, Козьмодемьянском — на 35, Цивильском — на 16. В начале XX века чувашских сложных общин числилось: в Чебоксарском — 71, Ядринском — 82, Козьмодемьянском — 30, Цивильском уезде — 5533.

Селения, входившие в сложную общину, особенно после введения подушной подати (1724 год) и уравнительного распределения общинных угодий начали страдать от дальноземелья и чересполосицы. Между селениями сложной общины возникали земельные трения. Более серьезные конфликты по поводу границ земельных владений происходили между общинами. Часто они начинались из-за неконкретности земельных документов и неопределенности межевых знаков (деревьев, пней, столбов и т. п.). Общины втягивались в продолжительные, дорогостоящие судебные тяжбы. Нередко внутри сложной общины и особенно между самостоятельными общинами происходили стычки и драки, приводившие иногда к человеческим жертвам. Инициаторами и вдохновителями земельных конфликтов обычно выступали сельские пуяны (богатеи) и коштаны.

О характере образования выселков северной и центральной Чувашии довольно отчетливо говорят их названия. В большинстве случаев чувашские названия выселков, в основном передаваемые по-русски в той же чувашской форме, состоят из двух частей, причем первая часть - коренное слово, вторая часть—касси (касы), кас: Были-попытки объяснить этимологию касси от чувашского кас «резать, рубить, вырубить». Однако, у чувашей не только выселки, но и отдельные части одного селения называются кас, каса, касси. До 70-х годов XIX века в чувашских селениях улиц не было, дворы размещались отдельными кучками, группами, причем группу составляли дворы родственников. Вероятно, группа родственных дворов и составляла кас, каса. Выселившиеся из материнского селения крестьянские хозяйства (дворы) также образовывали  кас, каса (касси — форма 3-го лица).

Названия выселков по их смыслу подразделяются на несколько групп:

1) Названия, происшедшие от наименования материнского селения, с прибавлением тех или иных определений: Новое Чемеево, Новое Шептахово, Синьял-Акрамово (Новая деревня Акрамово), Синьял-Моргауши, Синьял-Оринино, Синьял-Убеево, Второе Чебаково, Второе Чурашево, Верхние Карачуры, Нижние Карачуры, Верхние Мочары, Нижние Мочары, Верхние Татмыши, Нижние Татмыши, Переднее Байсубаково и т. п.

2) Названия, указывающие на расчистку леса под поселение: Вурманкасы (Лесной околоток), Хорнуй (от Хартна уй — Окорчеванное поле), Сюмерткасы (Черемуховый околоток), Хыркасы (Сосновый околоток), Хорамал (Вязовое), Хорнкасы (Березовый околоток), Сятракасы (Кустарниковый околоток) и т. д.;

3) Названия, происшедшие от имен основателей выселков: Ятманкасы, Атнашкасы, Ижелькасы, Камайкасы, Ямайкасы, Ефремкасы и т. д.;

4) Названия, связанные с местом расположения выселка (речка, овраг, гора, луг и т. п.): Сявал-пось (Верховье Цивиля), Шатьма-пось (Верховье Шатьмы), Сорма-пось (Верховье Сормы), Сирма-пось (Верховье ручья), Шупось (Верховье речки), Кинеркасы (Околоток речки Кинярки), Шоркасы (Болотный околоток), Кюль-Сирма (Озеро-ручей), Кюльхири (Берег озера), Оба-Сирма (Медвежий овраг), Арманкасы (Мельничный околоток), Олухкасы (Луговой околоток), Ойкасы (Полевой околоток), Тукасы (Горный околоток), Тузикасы (Нагорный околоток) и т. п.;

5) Названия, связанные с положением выселка по отношению к другим селениям сложной общины: Турикас (Верхний околоток), Анаткас (Нижний околоток), Малдыкас (Передний околоток), Лешкас (Заовражный околоток) и т. д.;

6) Названия, возникшие от слова щёнё «новое»: Синьял (Новая деревня), Синькас (Новый околоток), и т.п.

В топонимических преданиях получили широкое отражение названия полей, лугов, полян и других урочищ. Они свидетельствуют о процессе и путях расширения пашни, главным образом за счет расчистки леса.


Следующее: Об основании городов и возникновении новых селений, расселении чувашей в XVI-XIX веках ч.2

Предыдущее: О присоединении Чувашского народа к Российскому государству ч.2

Интересное: Рождение детей у чувашей и других народов



Поделиться!



Чтобы не пропустить новые приколы, подписывайся в Вконтакте!