Мы в соцсетях:


Сульдин Яков Григорьевич

ПОДЕЛИСЬ!

Родился в 1922 году в селе Алтышево Алатырского района Чувашской АССР. По национальности мордвин. Член ВЛКСМ. После окончания танкового училища на фронтах Великой Отечественной войны командовал танковым взводом и ротой. Особенно отличился в боях под Курском и на подступах к Днепру на Черниговщине. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1944 года гвардии старшему лейтенанту Я. Г. Сульдину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.Шли сражения на Воронежском фронте.
Осколками снаряда был ранен командир роты. Его вынесли солдаты из подбитого танка. Он лежал, тяжело дыша, на краю отлогой балки, под распустившимися душистыми ветвями черемухи единственного дерева, не затронутого еще горячим металлом войны. Командира отправляли в медсанбат. Вот-вот должна прибыть машина. Сержант командирского танка принес ему из оврага полный котелок холодной ключевой воды. Командир, приподняв голову, пил с торопливой жадностью, как бы боясь, что вода выльется и он не успеет напиться. Потом он облегченно вздохнул и спросил:
— Как там наши?
— Хорошо, отбили, товарищ старший лейтенант.
Машина подъехала по отлогой стороне балки. Санитары готовились уложить раненого в кузов машины, но командир остановил их.
— Сульдина ко мне, Сульдина!
Подбежал еще совсем молодой, коренастый, с широким загорелым лицом, лейтенант. Командир оживился, хотел протянуть руку, но она уже не слушалась хозяина. Лейтенант приблизился к нему.

— Молодец, Сульдин, действовал ты как настоящий танкист. Командуй ротой так же, как командовал взводом... держи высоту.
Офицеры простились, крепко расцеловавшись. Командиру роты было тяжело оставлять своих боевых друзей. Как бы успокаивая себя, он произнес:
— Вернусь только в свою роту...
Машина мчалась по балке. Сульдин, глядя вслед машине с удаляющимся командиром, ощутил в горле комок. Хотелось заплакать, но он сдержался и вместе с бойцами молча, размашисто зашагал к командирскому танку. Перед его глазами мелькали отрывочные картины прошедших боев, в которых он со своим взводом сжег шесть фашистских танков, за что, по представлению ныне раненого командира роты, Сульдин получил орден Отечественной войны I степени. Нервы его напряглись, его охватила фронтовая одержимость мстить врагу за муки и кровь своего командира...
Солнце склонялось к западу, но знойная июльская жара давила по-прежнему. С опушки небольшой рощи покатилась новая волна вражеского наступления. Вновь загрохотали гусеницы танков, с визгом пролетали болванки, усиливался надоедливый треск автоматов.
По приказу командира полка лейтенант Сульдин держал свои танки на противоположном скате высоты, плотно замаскировав их разросшимся на скате бурьяном.
Лейтенант Сульдин всматривался в даль полей, следил за наступлением противника. Массированный артиллерийский и пулеметный огонь, шум и треск автоматных очередей быстро нарастали. Танки, а за ними автоматчики шли по грейдерной дороге почти походной колонной, самоуверенно и нагло. Фашисты были уверены, что вчерашние и сегодняшние артиллерийские и авиационные удары все разнесли, оборона прорвана.
Лейтенант не первый раз встречается с немецкими танками, он знает их повадки. Но в эту напряженную минуту мелькают в голове, как в кино, картины его короткой жизни... Родной дом, плачущая мать, когда его провожали в армию. Вот далекая опушка леса. Почему-то вспомнилась сосновая роща недалеко от его села Алтышево. Скрежет гусениц напомнил стук паровозных колес. Он с малых лет с мальчишками привык выходить на станцию и провожать проходящие поезда в сторону Алатыря и обратно, подсчитывать, сколько прицеплено вагонов.
Вспомнилась недавняя учеба в танковом училище, строгие лица командиров. Ему нравится строгость командиров, в них чувствуется сила и уверенность. Он и сам с малых лет хотел быть непременно военным.
По танкам ударила наша артиллерия, заработали пулеметы. Фашистские танки стали передвигаться рассредоточенно, осторожнее, автоматчики прижались к земле.
Командир орудия Кривоглаз, подняв голову, тревожно спросил:
— Может, нам пора, товарищ лейтенант?
— Рано еще.
Крепко врезались в память лейтенанта, слова седоволосого преподавателя тактики—«...внезапность открытия огня, правильный выбор позиций, тщательная их маскировка, решительные действия вплоть до контратаки и тарана — самое главное в засаде. Это не из книг, а из опыта, практики»,— говорил майор. Да, это был опыт, накопленный в первых оборонительных боях.
Так действовали гвардейцы-катуковцы под Москвой в 1941 году, так действовали танкисты в Сталинграде.
Одна группа танков противника упорно взбиралась на гребень высоты. Впереди громоздкий «тигр» неуклюже, медленно полз в сторону засады, ведя бесприцельную стрельбу. Для контратаки было самое подходящее время. Долгожданная команда властно прозвучала в шлемофоны танкистов. «Огонь!» За ней следовали сильные вспышки огня из орудий и грохот рвущихся снарядов. Для противника это было полной неожиданностью. Отдельные танки противника продолжали стрелять, но уже беспорядочно, бесприцельно.
Передний «тигр» встал. У него подбиты траки и вся гусеница медленно опустилась на землю. Внимательно наблюдавший Сульдин приказал командиру орудия выпустить несколько бронебойных по «тигру». Из танка повалил густой и черный дым, поднимавшийся высоко в предзакатное безветренное небо. То ли от детонации, то ли от вспышки бензина внутри танка взорвались тяжелые снаряды с таким грохотом, что содрогнулась вся высота. Когда дым рассеялся, все увидели на месте «тигра» груду искореженного! металла.
Сильный взрыв «тигра» явился очередным началом провала наступления фашистов на этом участке. Оставшиеся танки противника повернули влево и стали скатываться вниз, чтобы укрыться за скатом и произвести перегруппировку. Это хорошо понял командир роты Сульдин. Он приказал выйти из засады и броситься в контратаку.
— Бейте их! Сейчас в самый раз! Видите? Подставляют нам борта!—слышался танкистам в шлемофонах резкий голос командира.
Танкисты мгновенно снялись с места и как застоявшиеся кони бросились вперед, поднимая на гребне высоты густую пыль. Фашисты, желая обойти высоту, сначала повернули влево, но в последнюю минуту, видя наступление советских танков, решили принять бой. Но было уже поздно! Наши танкисты врезались в их боевые порядки и, не дав противнику опомниться, в упор расстреливали фашистские танки. Со стороны трудно было определить, где свои танки, где чужие. Танк шел на танк. Артиллерия с обеих сторон вынуждена была замолчать.
— Ахмедзянов, почему не стреляешь?
— Ранило...— виновато произнес сержант.
Пуля прошла в щель между стволом орудия и стенкой передней брони. Ранена правая рука. Досадно Ахмедзянову—в такой критический момент он не может стрелять.
Лейтенант Сульдин пригнулся к орудию, прицелился и щелкнул затвором. Заряжающий поднес второй снаряд. Лейтенант прицелился еще раз, вновь щелкнул затвор. Прямое попадание! Танк вспыхнул ярким пламенем. Бой продолжался дотемна. А к утру, когда бой утих и воздух очистился от пыли и дыма, на поле насчитали до десяти подбитых и взорванных вражеских танков.
Подполковник, командир танкового полка, поздравил Сульдина с победой и объявил о представлении лейтенанта к награде.
Скоро командиру роты Якову Сульдину было присвоено звание старшего лейтенанта.
Измотав и обескровив противника в оборонительных боях Курской битвы, советские воины перешли в решительное наступление и гнали врага на Запад.
В рядах наступающих вел своих танкистов и командир роты Яков Сульдин. Он не раз блестяще выполнял задания командования. Смело атаковал противника в лоб, совершал дерзкие налеты в тыл врага и уничтожал огневые позиции и гарнизоны противника.
Вечером 21 сентября 1943 года танковая рота старшего лейтенанта Якова Сульдина под артиллерийским и минометным огнем противника форсировала вброд реку Снов, приток Десны. Ворвавшись в расположение противника, в деревню Смяч, севернее города Чернигова, рота стала продвигаться вперед, но силы оказались неравными. Светлая жизнь героя оборвалась на поле боя.
Вот как описала красноармейская газета кавалерийской дивизии, в составе которой действовала и танковая рота Сульдина.
В передовой статье армейской газеты под заголовком «Верные сыны любимой Родины» говорится:
«...Экипаж танка под командованием офицера Сульдина первым ворвался в село и уничтожил свыше 50-ти гитлеровцев,, 2 миномета и одну пушку. Преследуя и истребляя немцев, танк попал в болото. Стальная громадина застыла на месте, но не перестали биться пламенные сердца русских людей. Против разъяренных, окруживших танк немцев ощетинилось дуло пулемета. Отважные танкисты более двух часов отбивались от врагов. Десятки трупов валялись у осажденного танка. Немцы предлагали сдаться, обещали танкистам сохранить им жизнь. Но советские люди не сдались, они предпочли честную героическую смерть, чем позор и мучения фашистского плена.
Мы никогда не забудем вашего подвига, наши боевые товарищи! До последней минуты своей жизни вы были верны своему воинскому долгу, верны воинской присяге и матери-Родине.
Пусть лучшим салютом доблести танкистов офицера Сульдина будут наши новые разящие удары по фашистским захватчикам».
Старшему лейтенанту Якову Григорьевичу Сульдину присвоено посмертно звание Героя Советского Союза.
Ему было всего двадцать лет. Он отдал жизнь ради людей, ради нашей Победы, ради светлого будущего на земле. 


Чтобы быть в курсе новостей, подписывайтесь на нас в Вконтакте и в Одноклассниках!
ПОДЕЛИСЬ!
Мы в соцсетях: