Мы в соцсетях:


Харитонов Василий Дмитриевич

ПОДЕЛИСЬ!

Родился в 1917 году в селе Старая Тюрлема Козловского района в семье бедного крестьянина. По национальности чуваш. Член КПСС с 1944 года. Участвовал в боях на Халхин-Голе. В годы Великой Отечественной войны воевал командиром орудия, после окончания Орловского танкового училища стал командиром танка и танкового взвода.
Особенно отличился в боях по освобождению Белоруссии в 1944 году в составе 3-го Белорусского фронта.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1945 года Харитонову Василию Дмитриевичу присвоено звание Героя Советского Союза.
После демобилизации жил и работал в г. Сочи. Умер в 1967 году.

В июне 1944 года развернулись крупнейшие наступательные операции Советской Армии по освобождению Белоруссии. Гитлеровцы в течение трех лет укрепляли белорусский плацдарм. В районе Орши ими была создана мощная линия обороны с многочисленными опорными пунктами. Минные поля закладывались в несколько слоев. Укрепления считались непреодолимыми.
Перед советским командованием встал вопрос: как очистить поле боя от мин? О том, чтобы проделать проходы через минные поля обычным путем, не могло быть и речи. И вот у наших военных инженеров родилась дерзкая мысль: произвести наземное траление противотанковых мин. Роль кораблей-тральщиков призваны были выполнять обыкновенные танки Т-34. К ним спереди пристраивали тяжелые металлические вращающиеся диски, которые по ходу танков врезались в землю и взрывали мины. Это было ново. Ни в одной из иностранных армий такой способ разминирования не практиковался. Военный инженер-конструктор Н. М. Мугалев за это изобретение и личную храбрость на поле боя при испытании «тралов» был удостоен звания Героя Советского Союза.

Незадолго до начала наступления в распоряжение командования 3-го Белорусского фронта прибыл 148-й отдельный инженерно-танковый полк. Одним из его взводов командовал Василий Харитонов.
...Раннее утро. Взметнулась красная ракета. Началось! Два часа беспрерывно долбила наша артиллерия передний край обороны противника, взламывая узлы сопротивления, уничтожая живую силу врага. Бомбила авиация, а затем рванулась вперед пехота. Первая линия обороны противника взломана! Но за ними — вторая и третья линии, опоясанные широкими минными полями. Тут-то и требовались танки-тральщики.
Перед ними ставилась задача: на предельной скорости двигаться вперед, разминировать минные поля, сделать проходы для наступающих войск. Взревели мощные моторы. «Вперед!»— подает команду в шлемофон своим танкистам Василий Харитонов.
Танки бешено мчатся вперед. Тяжелые вращающиеся диски своими шипами рыхлят землю, уничтожают мины. От взрывов содрогается земля.
Взвод Харитонова клином врезался в расположение противника. По рации слышен голос командира полка: «Подтянуться! Выровнять линию наступления!». Оглушительные взрывы. Запахло гарью. Горит броня. Во взводе остался невредимым лишь танк Харитонова. Тут на пути показался глубокий ров, в котором укрывался противник. Харитонов по рации просит артиллеристов: «Бейте по рву! Бейте по рву!» Неожиданно прерывается радиосвязь. Танковый экипаж оказывается один на один с врагом. Снаряды рвутся рядом.
— Ну, ребята,— говорит командир взвода своим товарищам,— умереть всегда успеем. Дешево не сдадимся. Бить только наверняка!
Танкисты видят, как по траншеям перебегают немцы.
— Подкалиберным по первому блиндажу огонь! В блиндаже вспыхнуло яркое пламя. В танке душно.
Заряжающий выбросил дымовую шашку.
Четырнадцать часов дрался боевой экипаж в расположении фашистских позиций. К утру подоспели свои. Однополчане обступили лейтенанта Василия Харитонова и его бойцов, тормошили, радуясь, что они живы и здоровы.
...Шоссе Минск—Орша перерезано. Путь нашим войскам открыт. За этот подвиг Харитонова наградили орденом Красного Знамени.
Наступление наших войск нарастало с каждым днем. Войска 3-го Белорусского фронта преследовали врага, не давая ему передышки, окружали, уничтожали, захватывали живую силу и технику.
148-й отдельный инженерно-танковый полк по-прежнему движется в первых рядах, очищая поле боя от мин. Танкисты-тральщики участвовали в освобождении городов Борисов, Молодечно... Впереди, на западном берегу реки Неман, показался город.
Нашим войскам предстояло форсировать реку, танковая рота ворвалась в местечко Кострышки. На-иск был настолько стремительным, что немцы побросали все, вплоть до машин и пушек, обозное имущество. В центре местечка возвышалась церковь. К танкистам подбежали мальчишки.
— Помогите!— кричали они, показывая на церковь.— Там наши!..
Оказалось, фашисты согнали туда жителей местечка. Хотели взорвать церковь вместе с людьми, но не успели...
— Ломать дверь!— крикнул командир взвода Харитонов.
Танк развернулся и рванул зацепленную тросом дверь. Затрещали петли, на пороге показались женщины с детьми, старики. Они жадно глотали воздух, оглядывались вокруг: неужели это свобода?
...У переправы обычная для военного времени картина. Мост взорван, саперы пытаются проложить понтоны, но фашистские самолеты нещадно бомбят, срывают работу понтонеров. Ждать, пока наведут мост для танков и машин, означало потерять драгоценное время. Враг тоже не дремал, подтягивая свои силы к западному берегу. Танкисты решили переправиться через реку своим ходом. Подходящее для этого место нашлось в трех километрах ниже моста. Лейтенант Харитонов проинструктировал своих танкистов, а потом скомандовал: вперед! Теперь уже не тральщики, а линейные танки (тралы были сброшены, они пока были не нужны), подняв вверх стволы пушек, идут в воду. Вот первый танк благополучно выползает на западный берег. За первым — второй, третий... Проскочила вся рота. Танки за Неманом!

Бой переметнулся к городу. Туда же мчалось немецкое подкрепление. Предутреннюю тишину постепенно наполнял нарастающий лязг железа. Зеленые бронированные машины с белой фашистской свастикой на бортах все ближе и ближе.
«Не пропустить!»—только к этому стремится командир взвода Василий Харитонов. Его танк направил ствол на головную машину. Белая свастика объята пламенем. Другие немецкие танки объезжают горящий и, беспорядочно стреляя из пушек и пулеметов, вырываются вперед.
— Бейте по средним! По хвостовому! Разворачивайся и вперед!—командует Харитонов механику-водителю.
Машина послушно мчится через перелесье, параллельно шоссе. Взвод потерял два танка, но враг — намного больше.
По рации доносится голос командира роты:
— Слушай, Харитонов! Меня ранило!.. Принимай команду.
— Есть!
Бой продолжался несколько часов. Советские танкисты не отступили и не дали пройти фашистским танкам к городу. Под командой Харитонова рота танкистов героически сражалась и удержала шоссе, имеющее важное стратегическое значение...
Спустя много лет в архиве Министерства обороны СССР я познакомился с наградным листом на В. Д. Харитонова. В этом документе говорится:
«Тов. Харитонов в период прорыва сильно укрепленной обороны противника на Оршанском направлении своим танком-тральщиком первым форсировал три минных поля противника, взорвав при этом 22 противотанковых мины. Действуя на тральщике, обеспечил стремительность атаки других подразделений, следовавших за ним. Оборона противника была прорвана на этом участке с минимальными для наших потерями.
Вырвавшись на тральщике значительно вперед, он разгромил штаб противника и захватил важные оперативные документы, после чего занял оборону и самостоятельно вел бой в окружении в течение 14 часов... В районе расположения штаба противника танк Харитонова уничтожил четыре дзота, 40 солдат и офицеров противника. Кроме этого, в течение 14 часов корректировал по радио огонь нашей артиллерии. В дальнейших боях тов. Харитонов находился во главе передовых отрядов и одним из первых ворвался в город Молодечно... Его танк первым форсировал реку Неман... 30 июля, будучи тяжело раненным, Харитонов в течение нескольких часов продолжал командовать боевыми действиями тральщиков...»
В конце Великой Отечественной войны его, тяжело раненного, привезли в один из сочинских госпиталей на излечение. Врачи, сестры, санитары делали все, что могли, чтобы спасти чувашского парня. И победили. Но война жестоко искалечила Василия Дмитриевича. Ампутировали руки и ногу. В ноябре 1963 года из другой ноги извлекли последний осколок.
С любовью относились к герою местные жители. В свою очередь и он почувствовал братскую дружбу к людям, полюбил те места, обзавелся семьей и остался там жить.
Василий Дмитриевич стал персональным пенсионером, но не хотел признавать свою инвалидность. После войны окончил автодорожный техникум, работал заведующим гаражом, инженером по ремонту автотранспорта. Знания и опыт, полученные в бронетанковых частях армии, передавал молодым водителям автомашин. Одновременно Харитонов вел большую общественную работу: был членом партбюро, членом горкома партии, выступал перед трудящимися с рассказами о боевых подвигах Советской Армии в годы Великой Отечественной войны.
Мы с Василием Дмитриевичем неоднократно встречались в городе Сочи, подолгу по-дружески беседовали, вспоминали о прошлых фронтовых днях.
...Гремела революция. Гражданская война... Село Тюрлема было в центре больших событий. В этих местах проходила прифронтовая полоса. Здесь, в 1917 году, и родился Василий Дмитриевич Харитонов. Вспыхивает эпидемия тифа. В 1919 году у двухлетнего Васи Харитонова внезапно умирают родители. Осталось шестеро детей, младшему брату Ивану шесть месяцев.
Что было бы с ними, если бы не дядя, Владимир Харитонович? Брат отца спасает их от верной смерти, и хотя у него тоже четверо детей, берет их к себе. Можно представить, как трудно ему живется в эти годы разрухи и голода. Приходилось ему оставлять хозяйство на жену да на малых ребят и идти на железную дорогу подрабатывать.
Жили впроголодь, разуты, раздеты, а учились неплохо. Книги раскрывали перед Васей Харитоновым другой мир. Провожая проходящие мимо поезда, мальчик уже знал, что где-то там, куда спешат люди, есть Москва.
Три года Вася пас свиней.
Ребята успевают и следить и за животными, и играть, и рассуждать о том, что же интересного там, куда спешат поезда, откуда показываются и куда исчезают пароходы, далеко ли тянутся по дорогам столбы с гудящими проводами.
...Проходят годы, и мечты становятся более реальными. Вася Харитонов вступил в комсомол, окончил семилетку. Он уже не смотрит вслед уходящим поездам, а в декабре 1935 года сам решает ехать в Москву к дяде Владимиру Харитоновичу, в то время там работавшему.
Вскоре Вася Харитонов устроился на работу в Московский линейно-технический узел. Раньше он прислушивался по дороге к гудящим, проводам на столбах, теперь он сам их натягивал и умножал эти многочисленные ряды.
— Работа мне нравилась,— рассказывал Василий Дмитриевич,— для деревенских ребят копать ямы, ставить столбы — дело привычное. Тут же у меня и деньги завелись и кое-какая одежда. Я почувствовал под ногами почву. Должно быть, и работал неплохо, потому что меня послали на курсы. Вскоре я уже стал механиком-надсмотрщиком по воздушно-кабельным сооружениям. Страна наша все больше крепла и развивалась. Телефонные линии опоясывали ее все гуще и гуще. Работы у нас хватало.
Москва изменила крестьянского паренька. Опыт и умение приходили постепенно. За два года — он уже специалист промышленного предприятия. Привык к городской жизни, полюбил новых товарищей, работавших вместе с ним и помогавших ему на первых порах освоить специальность.
В 1936 году в жизни Василия произошла перемена. Ему, как комсомольцу, предложили поехать на новое большое дело в Читу на строительство прямой воздушно-кабельной линии Москва—Хабаровск. Комсомолец Харитонов, как и многие сотни комсомольцев первых пятилеток, гордился этим.
— Здесь я по-настоящему узнал жизнь. В условиях суровой сибирской зимы от человека требовалось напряжение всех сил.
Харитонов вспоминал свою окрыленную молодость, сейчас он радовался, что так легко мог преодолеть все трудности.
— Что стоило разбивать мерзлую землю, тогда ведь техники, кроме лома, кувалды да лопаты, еще не было. А тянуть кабель задеревеневшими от мороза руками через реки, мосты разве легко? Жили в холодных вагонах, в палатках. Пока топишь — тепло, чуть погасло — дрожим. Здорово мерзли. И ничего — делали все радостно, со смехом, и работа спорилась.
Холод, преодоление больших расстояний, суровая тайга — трудовая закалка во многом помогли будущему герою на фронте.
В 1938 году Василия Харитонова призывают в ряды Советской Армии в 87-й гаубичный артиллерийский полк Дальневосточной Краснознаменной армии. По окончании полковой школы его назначают помощником командира взвода. Вскоре полк участвует в боях на Халхин-Голе...
...Прошли годы. Нет среди нас Героя Советского Союза Василия Дмитриевича Харитонова. Он умер, когда ему только перевалило за пятьдесят. Но герой, отдавший все ради счастья людей, продолжает жить в доброй памяти поколений.

П. Трофимов 


Чтобы быть в курсе новостей, подписывайтесь на нас в Вконтакте и в Одноклассниках!
ПОДЕЛИСЬ!
Мы в соцсетях: