Мы в соцсетях:


О Емельяне Ивановиче Пугачеве и чувашах

Индекс материала
О Емельяне Ивановиче Пугачеве и чувашах
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Все страницы
ПОДЕЛИСЬ!

В 1773—1775 годах Приуралье и Поволжье были охвачены Крестьянской войной под предводительством донского казака Емельяна Ивановича Пугачева. Основными участниками движения были яицкие казаки, работные люди уральских заводов, башкирские народные массы, русские, удмуртские, татарские, марийские, чувашские и мордовские крестьяне.

Причин для активного участия чувашских крестьян в восстании Е. И. Пугачева было более чем достаточно. Как уже указывалось в предыдущей главе, степень эксплуатации ясачных — государственных крестьян с петровского времени резко возросла. Очень тяжелыми стали повинности (трудовая, извозная, постойная, дорожно-мостовая и т. п.) Исключительно высоким был косвенный налог на соль. Муки и страдания крестьян усугублялись произволом и вымогательством дворян и чиновников.

В судах, где царило взяточничество, крестьяне не находили правды и защиты. В чувашских селениях имелось около 200 мельниц, промышленных предприятий и земледельческих хозяйств городских купцов, которые жестоко угнетали крестьян. Эксплуатировали их и местные богатеи  коштаны. В 1740—1763 годах насильственными мерами была проведена христианизация чувашей, в ходе которой на средства крестьян в Чувашии было построено более 100 церквей. Церкви и духовенству были выделены значительные участки из крестьянских земель. С прихожан духовенство собирало натуральные и денежные сборы. Бесчинства духовенства в чувашских селениях не уступали произволу дворян и чиновников.

Многие крестьянские хозяйства были разорены до предела. Тысячи чувашских крестьян бежали в Закамье, Приуралье, выезжали на заработки на уральские металлургические заводы и рудники. К началу Крестьянской войны 1773—1775 годов более четверти чувашского населения проживало за пределами Чувашии.

Уже на первом и втором этапах Крестьянской войны, с сентября 1773 года до середины июля 1774 года, большое количество чувашских крестьян Оренбургской губернии, Ставропольского, Самарского и Казанского уездов Казанской губернии, а также чуваши, работавшие на уральских заводах и рудниках, участвовали в рядах пугачевских отрядов в сражениях против правительственных войск.

Предводитель Крестьянской войны Е. И. Пугачев, потерпев поражение в сражении с царскими войсками в Казани, в ночь с 16(27) на 17(28) июля 1774 года переправился с остатками своей армии на правый берег Волги у деревни Нерядово, ниже села Сундыря (ныне город Мариинский Посад). Здесь собралось до тысячи конных пугачевцев, к ним стали присоединяться местные русские и чувашские крестьяне. Пламя восстания охватило почти всю Чувашию. Начался третий этап Крестьянской войны, отличавшийся наиболее ярко выраженной антикрепостнической, антидворянской направленностью.

С места переправы войско Е. И. Пугачева двинулось по направлению к Цивильску. С утра 17 июля и на всем пути до города Курмыша Пугачев посылал в чувашские селения группы русских казаков и присоединившихся к нему «казаков из чуваш», чтобы объявлять народу о жалованиях «крестьянского царя». Крестьяне собирались в селах и восставали.
С основным войском в Цивильск Е. И. Пугачев не заехал. В город он отправил отряд из 50 казаков. Здесь пугачевцы разгромили церковь и казну, несколько купеческих домов, питейный дом, повесили воеводу и двух дворян. Утром следующего дня бесплатно роздали казенную соль собравшимся в городе крестьянам-чувашам. С 17 на 18 июля повстанческое войско ночевало близ села Богатыреве на реке Унге, в следующую ночь отдыхало около села Большие Яндобы, с 19 на 20 июля — на лугу у села Ильина Гора под Курмышом. Крестьяне-чуваши группами и поодиночке вступали в войско Пугачева и становились «казаками».

Восстания охватили Кокшайский, Чебоксарский, Цивильский, Козьмодемьянский уезды Казанской губернии, Ядринский и Курмышский уезды Нижегородской губернии, населенные в основном чувашами. С 17 по 27 июля на этой территории произошли восстания почти в 40 селах. В каждом из них участвовало по 200—800 крестьян всех приходских селений. Вооружившись бердышами, айбалдами, копьями, луками, дубинами, редко огнестрельным оружием, они громили церкви, купеческие заведения и мельницы, расправлялись со священно-церковнослужителями и другими угнетателями. Всего чувашскими повстанцами было уничтожено около двух десятков дворян, чиновников, смотрителей лесов и купцов, более 120 священников и других церковнослужителей, несколько волостных сотников, сельских богатеев и коштанов. В дер. Абашево Ядринского уезда, где были казенные соляные амбары, пугачевцы роздали крестьянам 913 пудов соли и все деньги, имевшиеся здесь в конторе. Из чувашских крестьян выдвинулись отважные руководители повстанцев.

Утром 20 июля Пугачев с частью войска вступил в город Курмыш и пробыл здесь до обеда. Пугачевцы забрали оружие из воеводской канцелярии. Русским и чувашским крестьянам, собравшимся в городе, роздали соль и казенные деньги. В полдень повстанческое войско двинулось в сторону г. Алатыря. В Курмыше в качестве воеводы был оставлен казак Иван Яковлев с четырьмя другими казаками и «записавшимися в казаки» 60 горожанами и крестьянами.

В указанных чувашских уездах крестьянское движение продолжалось еще месяц после ухода Пугачева. Крестьяне восставали уже не в масштабах селений и приходов, они объединялись в крупные отряды и совершали нападения на незанятые пугачевцами уездные города, вступали в сражения с карательными командами и правительственными войсками, посланными преследовать Пугачева.

23 июля смешанный отряд русских и чувашских крестьян во главе с курмышским воеводой казаком Яковлевым и отряд чувашских крестьян совершили нападение на Ядрин, но были отбиты воинской командой и вооруженным отрядом ядринских купцов. 25 июля отряд Яковлева вступил в бой с командой правительственных войск во главе с Мелиным, прибывшей из Казани, и был разбит, в плен попало 200 повстанцев. 26 июля Мелин вступил в Курмыш, где повесил большое число восставших. В тот же день отряд чувашских крестьян во главе с известным вожаком Михаилом Ивановым Негеем (из села Хоршеваши Курмышского уезда) пытался отбить Курмыш, но безуспешно. Негей был схвачен и умер в пытках.

В Козьмодемьянском уезде два чувашско-марийских повстанческих отряда направились к уездному городу с намерением овладеть им. 24 июля один из отрядов вступил в бой с командой Мельгунова, но не смог пробиться к городу. В тот же день отряд из 400 крестьян, направлявшийся к Козьмодемьянску, в селе Оринине вступил в бой с командой капитана Богданова и принудил ее к отступлению.

27 июля в селе Большая Шатьма Чебоксарского уезда около 500 крестьян-чувашей напали на отряд из батальона Череватова, оставленный для охраны арестованных повстанцев.

В конце июля в дер. Моргауши Цивильского уезда более 2000 чувашских повстанцев вступили в сражение с батальоном Дурново, но потерпели поражение.
К началу августа в правительственных карательных силах в Чувашии насчитывалось 600 солдат и несколько пушек. Им помогали штатные и инвалидные команды уездов, вооруженные отряды дворян и купцов.

Команда капитана Алексеева под селом Хоршеваши Курмышского уезда четыре раза была атакована отрядом из 700 вооруженных чувашей. Восставшие потеряли убитыми 12 человек. На следующий день команда Алексеева, объединившись с батальоном Дурново и отрядом ядринских купцов, нанесла поражение отряду повстанцев. У них было убито более 100 человек.

В августе и сентябре карательные команды арестовали несколько сот участников Крестьянской войны. Многие из них были казнены, подверглись жестоким телесным наказаниям, погибли в пытках. Некоторые вожаки восставших были отправлены на вечные каторжные работы. Тысячи крестьян скрывались в лесах. Расправа с повстанцами продолжалась и в 1775 году. Во многих чувашских селениях для устрашения народа и как «позорный» знак были установлены орудия казни — виселицы, колеса и глаголи.

К настоящему времени преобладающая часть документов об участии чувашского народа в Крестьянской войне 1773—1775 годов опубликована. Однако большинство документов об этой войне исходит из лагеря эксплуататоров и не выражает отношения трудящихся к событиям и участникам пугачевского движения.

Народная оценка Крестьянской войны 1773—1775 годов и ее предводителя Е. И. Пугачева отразилась в фольклоре.
Пугачевский фольклор русского и многих других народов опубликован в огромном количестве и обстоятельно исследован. И публикации, и исследования свидетельствуют о том, что русский фольклор о Е. И. Пугачеве и Крестьянской войне под его предводительством богат и разнообразен, но по количеству песен, сказаний и преданий значительно уступает разинскому фольклору. Исследователи приходят к выводу, что, в отличие от устного народного творчества о С. Т. Разине — творчества высокопоэтического и в немалой степени покрытого налетом фантастичности, таинственности и даже мистики, пугачевский фольклор более реалистичен, конкретен и точнее передает историческую действительность, что объясняется более высоким уровнем народного сознания в конце XVIII—XIX веках.

Несколько десятилетий после казни Е. И. Пугачева запрещалось даже называть его имя, оно заменялось фразой «известный бунтовщик, вор и злодей». Православная церковь предала его, как и С. Т. Разина, анафеме.



Чтобы быть в курсе новостей, подписывайтесь на нас в Вконтакте и в Одноклассниках!
ПОДЕЛИСЬ!
Мы в соцсетях: