Об иге монголо-татарских феодалов и Казанском ханстве

В начале XIII века монгольские феодалы основали державу, во главе которой встал хитрый, коварный и ненасытный полководец Чингисхан. Вначале он расширял территорию Монгольской державы за счет покорения сопредельных с ней земель. Аппетит приходит во время еды. У Чингисхана и феодалов появилось стремление к мировому господству.

Они превратили страну в военный лагерь. Монгольская армия захватила владения Цзиньской империи, расположенные к северу от Хуанхе, к 1218 году завладела Восточным Туркестаном и развернула наступление на Среднюю Азию, которую покорила за три года. Затем монгольские войска заняли Северный Иран, Закавказье, вышли на Северный Кавказ и Крым.

Повсюду они разрушали и опустошали города и селения. В 1223 году захватчики разгромили на реке Калке войска западных кыпчаков (половцев) и русских князей, которые действовали разрозненно и недружно: Монгольское войско направилось на завоевание Волжской Болгарии, но от болгар потерпело поражение и вернулось в Монголию.

Однако агрессоры, возглавляемые ханом Батыем (полководцем у него был Субэдей), тщательно подготовившись, в 1236 году начали новый поход в Восточную Европу. Первый удар приняла Волжская Болгария и не устояла. Полчища Батыя разорили дотла и стерли с лица земли города и многие селения Волжской Болгарии, истребили огромное количество населения. В Лаврентьевской летописи сказано, что осенью 1236 года «придоша от восточные страны в Болгарскую землю безбожниц татар и взяша Главный великый город Болгарьскый, и избиша оружьем от старца и до упаго и до сущаго младенца, и взята товара множьство, а город их пожгоша огнем, и всю землю их плешина». Болгаро-чуваши и другие народы Волжской Болгарии мужественно сопротивлялись захватчикам, но силы были не равны.

В 1237—1241 годах захватчики громили русские княжества, вторглись в Венгрию и Дунайскую Болгарию, но, обессилев в борьбе с русскими войсками, вынуждены были вернуться па Нижнюю Волгу.

Об иге монголо-татарских феодалов и Казанском ханствеВ 1243 году территория Волжской Болгарии была включена в состав Золотой Орды — одной из трех монгольских держав, образовавшихся на захваченных территориях. Кроме Волжской Болгарии, Золотая Орда охватывала территории Хорезма, Дешти-Кыпчака (Половецкой степи) от Иртыша до низовьев Дуная, Приуралье, Северный Кавказ и Крым. Волжская Болгария стала главной житницей Золотой Орды, а восстановленный после разгрома г. Болгар — второй столицей державы, летней резиденцией золотоордынских ханов. В Болгаре с 1251 года до 1330-х годов чеканились золотоордынские монеты.

Монголо-татарские феодалы установили в Золотой Орде деспотический, грабительско-варварский режим. Итальянец Плано Карпини, побывавший в 1245—1246 годах в Монголии и Золотой Орде, писал, что монголо-татарские грабители требуют от покоренных народов, «чтобы они шли с ними в войске против всякого человека, когда им угодно, и чтобы они давали им десятую часть от всего, как от людей, так и от имущества. Именно они отсчитывают десять отроков и берут одного и точно так же поступают с девушками: они отвозят их в свою страну и держат в качестве рабов. Остальных они считают и распределяют согласно своему обычаю... Сверх того они требуют и забирают без всякого условия золото и серебро и другое, что угодно и сколько угодно».

Покоренное население обязано было ежегодно платить ясак — десятую часть имущества — и множество других налогов, нести ямскую службу, строить дороги, мосты, крепости, служить в ханском войске. Болгарский улус обеспечивал Орду хлебом и другим продовольствием.

Болгарскими землями стали управлять монгольские наместники — баскаки и даруги, имевшие в своем распоряжении вооруженные силы. В случае малейшего неповиновения жителей покоренной области они «разрушают их город и землю, а людей, которые в ней находятся, убивают при помощи сильного отряда татар, которые приходят без ведома жителей по приказу того правителя, которому повинуется упомянутая земля, и внезапно бросаются па них».

На основе глубокого изучения источников в западноевропейской исторической литературе XIX века был сделан вывод о том, что «татарское иго... не только подавляло, но оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшего его жертвой. Татаро-монголы установили режим систематического террора: опустошения и массовая резня стали непременной его принадлежностью».

Следует оговориться, что современные татары и монгольские татары далекого прошлого — совершенно разные народы. Северные группы монгольских племен в китайских письменных источниках VIII—IX веков именуются «да-да» или «та-тань» (татары). В начале XIII века тюрки называли татарами монгольские племена хи и шивей. Эти сильные монгольские племена татар были подчинены Чингисханом и составили ударную силу его войска. Поэтому в Европе монголов называли татарами. В Золотую Орду прибыло, по указаниям источников, или 4 тысячи, или 9 тысяч монгольских семей (юрт). Основным населением Золотой Орды были тюркоязычные кыпчаки. Сопротивлявшиеся вначале завоевателям, кыпчаки затем покорились монголо-татарам и составили основу военной силы Орды. Уже к концу XIII века монголы Золотой Орды растворились среди кыпчаков и утратили свою национальность. Арабский писатель первой половины XIV века Ал-Омари указывал, что монголы в Орде все «стали точно кыпчаки... оттого, что... поселились на земле кыпчаков, вступали в брак с ними».

В начале XIV века уже кыпчаки стали именовать себя татарами, государственным языком в Орде стал кыпчакский, называвшийся теперь татарским, государственной религией — ислам.

Еще в годы монголо-татарского завоевания часть оставшегося в живых болгаро-чувашского населения переселилась в северные лесные районы. В последующем жизнь в закамской части постепенно восстанавливается. Начавшееся еще в XI веке проникновение кыпчаков на территорию Волжской Болгарии в золотоордынское время получает мощный импульс. В Болгарском улусе кыпчаки занимали важнейшие военно-административные посты, из них были скомплектованы размещенные в улусе гарнизоны.
В XIII—первой половине XIV веков кыпчаки в Болгарском улусе еще не преобладали: лишь десятая часть эпитафий (текстов намогильных плит) этого времени содержит кыпчако-татарские слова, а остальные 90 процентов— с болгаро-чувашскими словами.

Во второй половине XIV — начале XV веков, из-за начавшихся среди эмиров Орды раздоров и совершаемых ими грабительских походов па свои же земли, разорительных экспедиций Тамерлана в Болгарский улус в 1391 и 1395 годах, а также походов русских князей с 1376 по 1431 год все Среднее Поволжье ниже устья Камы — территории нынешних Самарской и Ульяновской областей, закамской части и юго-западных районов Татарии пришло в запустение, превратилось в "дикое поле"— место кочевий ногайских и других орд. Предки чувашей вынуждены были, оставив обжитые места, двинуться на север — в Приказанье, Заказанье и на Арскую (Удмуртскую) сторону, а также на северо-запад — в центральную и северную части нынешней Чувашии. Запустела даже юго-восточная часть Чувашии, еще с IX века занятая болгаро-чувашами. В XIII — начале XV веков монголо-татарскими феодалами и Тамерланом было уничтожено не менее 4/5 численности болгаро-чувашей. Это было самой крупной трагедией в их истории.

Когда-то могущественная Золотой Орда в конце XIV века пришла к упадку и начала распадаться на отдельные ханства. В 1438 году на развалинах Золотой Орды образовалось Казанское ханство. Под властью казанского хана оказались, кроме кыпчако-татар, чуваши, мари, удмурты, часть мордвы и башкир. С образованием ханства начался усиленный приток в него кыпчакско-татарских феодалов и воинов: они «начаша збиратися ко царю (то есть к казанскому хану.— В. Д.) ... Златыя Орды и от Асторохани, от Азуева и от Крыма. И начаши усиляти и укреплятися вместо Золотые Орды Казань, новая орда...»


Болгаро-чувашские феодалы, купцы, ремесленники еще и до и особенно после основания ханства переходили на господствующий язык — кыпчако-татарский. Из сельского населения в течение столетий, вероятно, перешли на кыпчакский язык те, кто исповедовал ислам. Кыпчако-татары ассимилировали также некоторую часть марийцев и удмуртов. Интересно в связи с этим отметить, что марийцы и мишари называют казанских татар чувашами. В результате отмеченного этнического процесса — скрещивания местного болгаро-чувашского, отчасти финно-угорского населения Среднего Поволжья с кыпчаками в XV веке сформировалась группа казанских татар — составная часть татарской народности. Одновременно, в XIII—XV веках, в процессе ассимиляции болгаро-чувашами финно-угров, главным образом марийцев, на территории центральной и северной Чувашии и в Приказанско-Заказанском районе сложилась современная чувашская народность. В Казанском ханстве восточнее Казани и до Средней Камы простиралась Чувашская даруга (область).

Таким образом, казанские татары и чуваши — братские народы, имеющие родство по происхождению, по крови. Оба народа этнически связаны и с марийцами.
Сведения письменных источников об иге монголо-татарских, золотоордынских ханов и феодалов согласуются и с устными народными преданиями чувашей. Они свидетельствуют о том, как оценивал народ это иго. Обращаясь к преданиям, интерпретируя их, необходимо иметь в виду, что в них под татарами подразумеваются монголо-татарские феодалы.
В предании «Завоевание болгар татарами», записанном в 70-х годах XIX века, повествуется о том, что под управлением болгарского князя находились разноплеменные народы. «Неожиданно с юго-востока пришли татары и разорили их до корня; несметное число болгар было убито, князь был изгнан, на народ наложили дань... Татары опустошили страну. Татарские богатыри (то есть феодалы.— В. Д.) ходили по стране толпами, старых убивали, молодых уводили в плен и приучали вместе разбойничать, девиц тоже полонили и бесчестили, золото, серебро и всякое добро отбирали на хана. Поэтому чуваши, черемисы и мордва разбежались и стали жить в лесах, в глухих местах, по овражкам, куда трудно было приехать татарским богатырям, ездившим обыкновенно верхом на лошади».

Сохранилось очень интересное легендарное предание об Улпе и Субэдее (монгольский полководец Субэдей в предании назван татарским царем). Несколько раз нападало войско Субэдея на чувашей, но каждый раз чуваши с помощью великана Улпа отгоняли монголо-татар, нанося им большой урон в живой силе. Субэдей собрал к себе знахарей и колдунов и просит у них совета: как одолеть чувашского Улпа и покорить чувашей? Знахари замысловато отвечают на вопросы Субэдея, но средства против Улпа не знают. Субэдей дал им 40 дней срока, чтобы подумать. Через 40 дней повторилось то же, что и в первый раз. Субэдей казнил каждого двадцатого из знахарей и дал им на раздумье 20 дней срока. И на третий раз знахари не удовлетворили Субэдея. Он начал казнить каждого десятого из них. В числе подлежащих казни оказался сын самого знатного 99-летнего знахаря, присутствовавшего на сборище. Только он знал, как можно погубить; Улпа. Чтобы спасти сына, старик-знахарь открыл Субэдею секрет: вырыть огромную глубокую яму, накрыть ее бревнами и хворостом, начать над ямой сражение с Улпом. Покрытие не выдержит Улпа, и он свалится в яму. Субэдей все это исполнил. За это время Субэдей одержал победу над чувашами. Остатки их вынуждены были убежать в дремучие леса. Улп посмотрел наверх и увидел ворона, попросил его сообщить чувашам, что он томится в яме, пришли бы они спасать его. Ворон же ответил: «Умирай, умирай. У мертвого я глаза твои выколю». Так же ответила сорока. Лишь дикий гусь передал сражающимся из последних сил чувашам просьбу Улпа: «привезите для моего спасения 40 возов пищи и веревку длиной в 40 аршин». Чуваши привезли и успели передать Улпу 40 возов пищи. Но Субэдей и его воины узнали об этом, перебили приехавших к яме чувашей, завалили яму камнями и землей и ушли. Улп, поев привезенную пищу, обрел силу, столкнул с себя камни и вышел из ямы. Оп явился к чувашам и разгромил войско Субэдея. Но чуваши так и остались в лесах.

По другой легенде, Улп со своими соратниками одержал победу над Терпет-ханом. Предание повествует о взятии Биляра — столицы Волжской Болгарии монголо-татарами. В старину Биляр был большим городом, там жили болгары. Их улбуты торговали с восточными странами. В XIII веке главой города являлся Пуляр. Как подошли к юроду мопголо-татары, жители Биляра, возглавляемые Пуляром, героически сражались с захватчиками. Но враг был сильнее и хитрее. Пуляр и его воины погибли в бою на стенах города. Монголо-татары сожгли, разрушили город, многих его жителей перебили. Оставшиеся в живых сбежали, разбрелись в разные стороны. Монголо-татары убили всех 12 жен Пуляра.

На болгаро-чувашей, говорится в предании, записанном В. О. Ахуном, монголо-татары нагрянули как черные тучи. Отважные болгаро-чуваши оказали захватчикам сильное сопротивление. Свои живописные города и деревни, обширные леса, луга и поля они защищали героически. Их города и селения были опустошены и преданы огню. Опустели поля. И город Сувар был разграблен и сожжен. Славный Пилтебер-батыр, поднявший горожан на борьбу против жестокого врага, и его соратники были пленены и в кандалах отправлены па казнь к хану Батыю. На месте древнего города остались лишь кучи пепла и камня. За оказанное сопротивление каждые девять из десяти горожан были сожжены в огне, а оставленные живыми отправлены в рабство. Те, кому удавалось ускользнуть от вражеской кары, переправлялись на правый берег Волги и скрывались в Сурских лесах. Утопавшие в ветлах чувашские деревни были сравнены с землей, их места заросли крапивой и лебедой, поля покрылись бурьяном и чертополохом. Вся Великая Болгария оказалась в аду.
Близ дер. Урмандеево (Саврашщс) Аксубаевского района Татарстана имелся большой лес. У леса, говорят, произошло кровавое побоище между монголо-татарами и болгарами. После сражения болгары похоронили тела погибших воинов на поляне в глубине леса, пробираясь туда по звериным тропам.

На могилах установили каменные надгробия, которые стоят и поныне. Здесь был похоронен сражавшийся с монголо-татарами герой Савруш-батыр. Он каждую весну, когда начинают зеленеть деревья и всходит трава, в полночь воскресает, будит соратников. Все садятся на лихих коней и по Старосаврушской дороге отправляются в Биляр — последнюю столицу Болгарского царства. Через дремучий лес при лунном свете выходят к месту города — к Билярской горе, чтобы спасти его от чужеземных захватчиков. Но не находят города: он сравнялся с землей, его пепел разнес ветер. На весь лес раздается громкое рыданье Савруша. Он ложится на землю, обнимает ее и горько плачет. Его соратники, видя невыносимое горе (сер чйтмалла мар хцйаха кура), удаляются в лес, держа коней на поводу. Небо закрывают темные грозовые тучи. Духота. Вековые дубы низко кланяются в сторону Билярской горы. С нее стекает мощный источник— слезы тысяч болгар, погибших при защите Биляра. «Не подоспел, опять не подоспел!»—убивается Савруш уже семьсот с лишним лет.

С. Ф. Федоровым в 1934 г. в Цивильском районе записано такое предание: «Говорят, когда враг захватывал чувашскую столицу, чуваши очень сильно сражались с завоевателями.Даже дети, привязывая к кнуту камни, бросали их на врагов. Если у воинов сгорали тетивы луков, то женщины, говорят, резали свои косы и давали воинам для устройства тетив.

Как началось вторжение монголо-татар, говорится в другом предании, чувашский царь не успел собрать все свое войско. Он направил гонцов во все концы царства, чтобы воины собрались к нему. Но в царском войске был один предатель. Он уничтожил всех царских гонцов. Царь сильно переживает. В это время к нему явились чувашские батыры — всего сорок один. «Пошлите нас против врага»,—говорят они царю. Батыры не раз побеждали врагов, они были уверены в своей силе. Но предатель успел сообщить монголо-татарам о батырах. В сражении батыры остановили врага ценою своей жизни. Они все погибли. В это время подоспел царь со своим войском и разгромил врага. Чуваши сложили песню о сорока одном батыре. И поныне в одной песне поется, что сорок одного батыра приняла земля, сорок одна мать их ослепла от слез, сорок одна девушка поседела от горя.
Близ села Вознесенского Урмарского района имеются городище Хулату и озеро Эрнеслу. Согласно преданию, на месте Хулату стоял город-крепость, вокруг которого был прорыт ров.

Там находился чувашский царь. Когда напали на город татарские войска, чуваши стойко оборонялись. Татарский царь решил взять город измором. Чуваши ночью на дороге разбросали колобки. Рано утром они собрали их в мешки, Татарский парь увидел это и говорит: «Чуваши и камень едят, их измором не взять». С тех пор появилась пословица: «В чувашском желудке и камень переварится». По совету одного чуваша-колдуна, ненавидевшего своего царя, татарский царь наловил голубей силками, привязал к их ногам серу, поджег ее и пустил птиц в город. Сожженным городом завладел татарский царь. Но чувашский царь и его семья превратились в лебедей и улетели на юг. Татарские воины стреляли в них и ранили царскую дочь Эрнеслу, и она упала в озеро, которое и получило ее имя.


В Нухрат-Болгарском чувашском царстве, рассказывается в легенде, убили божьего посланника. Бог разгневался на чувашей и направил на них несметное количество татарского войска. Захватчики стерли с лица земли города и селения, уничтожили много народа. Чувашские воины сражались мужественно, до последнего. Из чувашей не осталось ни одного мужчины. Татарский хан отобрал женщин, чтобы они рожали солдат. Но бог превратил чувашек в каменных баб. Живой осталась лишь одна чувашская женщина с грудным младенцем. Она укрыла его в рукаве чапана и переправилась па правый берег Волги. От этого мальчика размножилось чувашское племя.

В легендарном предании говорится, что татарский царь разгромил Чувашское царство, разорил и разграбил города и селения, перебил жителей. Татарский царь запер чувашского царя с семьей в храме и поджег его. Чувашский царь превратился в орла, сделал над городом три круга и улетел далеко-далеко. С тех пор перестало существовать Чувашское царство.

«Монголо-татары, вторгшись на чувашскую землю, уничтожили много городов и селений. Весною отряд захватчиков появился на Буле, у дер. Батырево (ныне село Батыревского района). Жители деревни вступили в бой с врагом, но ни одна сторона не победила. Ночью к захватчикам прибыло пополнение. «Теперь победим»,—радовались они. Однако радость была преждевременной. Утром на реке Купе тронулся лед, и татары не сумели переправиться через нее. С тех пор деревне присвоили название Батырево, а реке — Купе (Кольчуга) ».

В Батыревском же районе близ села Лимапчиково имеется холм Чегерчика. В междуречье Булы и Карлы прибыло монголо-татарское войско. Отважный чуваш Чегерчик со своим отрядом отогнал вражеское войско, нанеся ему большой урон. Через некоторое время здесь же появилось большое вражеское войско, вдвое превышавшее численность отряда Чегерчика. Чувашские воины разгромили и это войско. Многие чуваши полегли на поле боя. Смертельно был ранен Чегерчик. Перед смертью Чегерчик сказал чувашам: «Трупы врагов отвезите с поля боя в сторону, пусть сгрызут их волки и черные вороны. Моих воинов и меня схороните на холме. Будьте бдительны, беспощадно боритесь с врагом». Оставшиеся в живых исполнили просьбу Чегерчика.

В Моргаушском районе около детского санатория Каршлых в лесу имеются два кургана: один продолговатый, большой, другой, поменьше, круглый, с ямой на вершине. Старики рассказывают: «Здесь похоронен храбрый и отважный чувашский великий князь (ёмпу). Он, отступая от врагов, прибыл сюда со своим народом. Это было несколько сот лет назад. Здесь произошло сражение. Чувашские воины разгромили врагов. Но и самих их полегло немало. Погиб и их храбрый великий князь. Похоронили их здесь же: князя — под круглым курганом, воинов — под продолговатым. Над круглым курганом стояло надгробие — большой камень. Теперь его нет: увезли. От него осталась лишь яма».

Монголо-татарский Темир-хан (предание путает монгольского хана с Тамерланом; были золотоордынские хан Менгу Тимур и эмир Булат Тимур), поселившись в Казани, вызвал к себе чувашского торхана и болгарского князя и «потребовал, чтобы они со всем своим народом приняли магометанскую веру. По возвращении к своему народу князь болгарский собрал старейшин и передал им приказ хана. Болгарские старейшины ответили: «Мы недавно видели, как татары беспощадно жгли наши города и селения; можно предвидеть, что хорошего от них ждать нельзя». И решили они от лютых татар уехать подальше. Торхан также собрал старейший чувашского и черемисского народов — старейшины постановили отвергнуть царское требование. Узнав о том, Темпр-хан выступил против чувашей с войском. Сеча была жестокая, но чуваши и черемисы не выстояли — побежали в лес, а торхан был убит в этой битве. Это был последний торхан... После смерти последнего торхана чуваши не имели покоя. Татары беспрестанно нападали на их селения, которые чуваши с умыслом строили небольшими, потому что большие селения подвергались двум и трем нападениям в год. Забрав в селении все ценное, татары собирали народ в кучу, каждый татарский воин выбирал себе девиц, остальных же или загоняли в какой-нибудь амбар и сжигали, или бросали в воду».

К чувашам заявилось монголо-татарское войско. Нукеры стали уводить девушек, грабить, забирать лошадей, дорогие меха, деньги, сжигали деревни. Чуваши горько плакали. Как вернулись нукеры, татарский царь спрашивает у них: «Что делают теперь чуваши?» Нукеры отвечают: «Плачут». Взбесился парь: «Если плачут, есть еще у них добро. Снесите их с лица земли». Войско вернулось к чувашам и все, что было, ограбило, разгромило и сожгло их города и селения, все сравняло с землей. Чуваши подались в другое место и грустно пели. Татарский царь спрашивает у нукеров: «Чем занимаются теперь чуваши?» Те отвечают: «Поют чуваши, песни поют». Царь: «Если поют, то у них ничего не осталось. Пусть поют».

Татарские баскаки «грабили, жгли на кострах чувашей и вообще всячески вымогали у них деньги и разное добро. Чуваши, конечно, от этого бедствовали»,— говорится в предании, записанном в 1904 году в дер. Чувашские Ишлеи Буинского уезда Симбирской губернии.

При монголо-татарах было тяжело, говорится в предании, записанном в селе Шигали Урмарского района. Татарские чиновники отбирали у чувашских крестьян хлеб,и чуваши, оберегая от насильников, прятали его в ямы.

Татарские феодалы разграбили и сожгли одну чувашскую деревню, стали делить между собой жителей. Всех поделили, осталась одна старуха. Один из господ все же взял ее. «Будет дома прясть»,—сказал он. Живет старуха у хозяина, прядет, ухаживает за его детьми. Неожиданно среди семерых жен хозяина она узнала свою дочь, но не призналась ей. Она сложила грустную песню о внуке и, качая его, пела. Однажды дочь старухи, по совету других жен, подслушала песню и узнала мать. На коне, приведенном дочерью, старуха сбежала из неволи. Фабула этого предания совпадает с сюжетом широко известной русской народной песни «Татарский полон».

Чуваши сохранили предания и о разорении южных районов Болгарского улуса Золотой Орды Тамерланом (Аксак Тимуром) в 1391 и 1395 годах. Согласно письменным источникам, в 1391 году 200-тысячное войско Тамерлана двигалось со стороны Урала. Между войсками Тамерлана и золотоордынского хана Токтамыша 18 июня «в местности Кундурча произошла великая битва», в которой последний потерпел поражение. Место боя — несколько южнее г. Биляра, который мог быть разгромлен уже во время первого похода. В 1395 году Тамерлан, разбив войска Токтамыша, направил свои полчища на разгром и разграбление городов Болгара, Жукотина (Чике-ту), Керменчуга и др.26 В «Болгарских повествованиях» Хюсам-Эддина Болгарского (XVI в.) сообщается, что Аксак Тимур «в три дня город Болгар обратил в ничто, как будто и не существовало его... Приказав разбивать каменные укрепления унпием (тараном), бросил их на дно Волги; велел у Бичуры-хана и двенадцати его визирей отрубить головы; девиц и женщин, подобных жемчужинам, обратив в рабынь роздал начальникам войск; повесил тридцать шесть ученых на виселице, а в продолжение одной недели приказал разогнать уцелевший народ в разные стороны, наказав, чтобы они здесь не обитали». И все население разбрелось в северном, западном и восточном направлениях.

О разорении Биляра Тамерланом записано несколько преданий, причем не только у закамских чувашей, но и на территории современной Чувашии. Записанное чувашским народным поэтом Н. И. Полоруссовым-Шелебоп предание сообщает, что Тамерлану не удавалось овладеть сильно укрепленным Биляром. Это удалось ему лишь после того, как он, по совету колдуньи, поджег город, пустив туда голубей с привязанной к их ногам и зажженной серой. Здесь мы встречаемся с тем же мотивом, что и в вышеприведенном предании о Хулату. На сюжет преданий поэтом написана лиро-эпическая поэма «Взятие Аксак-Тимуром Биляра».

Такой же сюжет представлен в предании, записанном Н. И. Егоровым от А. Л. Овчинниковой в 1978 году в дер. Янситово Урмарского района. В этом предании Биляр назван чувашским; городом. Аксак Тимур долго осаждал его, пока не воспользовался советом колдуньи. Билярский правитель улетел, превратившись в лебедя. Аксак Тимур перебил множество горожан. Взяв Биляр, Тимур переоделся в одежду нищего и ходил но городу, чтобы узнать, что говорят люди о нем. На другой же день оп уничтожил семьями тех людей, которые ругали его за поджог города. Однажды, прохаживаясь по городу, Тимур встретил хитрую женщину. Она заявила ему, что город поджег не Аксак Тимур, а колдунья. На другой же день Тимур выдал этой женщине много золота и серебра и разрешил ей выехать из города вместе с сыновьями. С одним из сыновей, идя за быком, она переправилась через Волгу и прибыла в урмарские пределы. Много селений основано здесь ее потомками. Другой ее сын, по имени Хузан, основал город Казань. В старину паши деды ездили в Заказанье. Теперь не ездят.

Н. И. Полоруссовым-Шелеби в 1925 году было записано второе предание, в котором повествуется, что когда Аксак Тимур поджег Биляр и огонь приближался к царскому дворцу, три дочери царя взобрались на мечеть, обратились в лебедей и улетели, говорят, за семь морей. Перед тем как улететь, они заявили: «Из-за того, что сюда нагрянул враг, мы улетаем за семь морей. А в здешней стране все наши города и селения погибнут, а некоторые поселения поглотит земля. Когда наступит иное время, они опять появятся. Одно время их места покроются лесом. С наступлением иного времени мы вернемся в свою страну и станем правителями. Свою страну возьмем в свои руки».


Зафиксировано пространное, по несколько путаное предание о борьбе богатых тарханов Шептака и Казанбая, имевших сильные воинские отряды, против Тамерлана. Эти тарханы вначале жили в Казани. Когда Аксак Тимур напал на Казань (такого события в действительности не было), Шептак и Казанбай выступили против него, но были разбиты, так как предатели открыли ворота города завоевателю. Переправившись с остатками своего войска через Волгу, Шептак и Казанбай остановились на месте современного Цивильска, подкрепили свои отряды. Аксак Тимур трижды направлял на них свое войско, и каждый раз Шептак и Казанбай одерживали победы. Рассердившись, Тимур направил против них все свое войско и разбил отряды храбрых тарханов. Шептак и Казанбай удалились в леса по Буле. Аксак Тимур и здесь преследует тарханов. Не сумев победить их в открытом бою, Тимур решил покончить с Шептаком коварством. Он направил к нему свою красивую дочь, чтобы пригласить к себе в гости. Шептак был очарован девушкой и согласился с ее просьбой. По пути Шептак был убит засадой Аксак Тимура. Казанбай со своим отрядом разбил тимуровских воинов, похоронил Шептака со всем его богатством, золотом на Буле под высоким холмом. «Это богатство и поныне лежит там, говорят. Многие искали его, рыли холм в нескольких местах — не нашли. Говорят, это богатство кочует». Возможно, в этом предании отразилась борьба чувашей против монголо-татарских или казанских ханов и эмиров, но оно свидетельствует о том, что народ помнил о разорительных походах Тамерлана на территорию Болгарского улуса Золотой Орды.

Определенный интерес представляют чувашские предания об основании Казани.

Согласно одному из них, Казань была основана болгарами. Болгарский князь жил в городе на берегу Волги, где теперь расположен Верхний Услон. Старуха-болгарка, идучи по воду, поскользнулась, упала на камень и ушибла ногу. При этом она сказала: «Какой он князь! Не нашел для столицы места! Дурак он! На неровном месте выстроил город!» Эти слова дошли до князя, и он вызвал старуху к себе. Старуха извинилась, но сказала, что лучшее место для столицы имеется на луговой стороне, где ныне стоит г. Казань. Князь считал это место неудобным: болотистое, лесистое, и там много страшных змей, так что люди боялись туда за ягодами ходить. Старуха посоветовала навозить туда зимой много соломы, весной в солому соберутся змеи, а летом, в жаркое время, солому поджечь. Так и сделали. На это место «перевели город, дав ему имя Хузан».

По другому преданию, два сына старого богатого чуваша Хузана, охотясь, погнались за оленем далеко в глубь леса и вышли на реку и красивую поляну. Вокруг — бортевые деревья, в реке много рыбы, в лесу полно дичи. А земля пустует. Возвратившись, сыновья рассказали отцу о прекрасной поляне. Старик Хузан через некоторое время сам осмотрел местность. Она ему понравилась, но в реке лежал огромный змей-дракон: с крыльями и тремя —змеиной, орлиной и львиной — головами. Одной головой ловит птиц в воздухе, другой — рыб и других обитающих в воде, третьей — наземных животных. Вокруг дракона кишели разные мелкие змеи. Никто не мог сюда подойти, никто не мог пройти, проплыть, пролететь мимо чудовища. Но старику захотелось непременно поселиться здесь, основать здесь город. Однако как избавиться от дракона? 110-летний знахарь подсказал: «Заготовьте 41 воз сухого хвороста. Меня посадите па лучшего аргамака, залепите мне уши воском и отправьте па поляну. Привезите следом за мной хворост». Почувствовав приближение знахаря, дракон начал страшно свистеть, но знахарь не услышал его и остался жив. Он змеиным языком собрал всех змей вокруг дракона, окружил их железной оградой, после чего на змеиную кучу навалили 41 воз хворосту и подожгли с четырех сторон. 41 день горели змеи. Лишь один змей остался в живых. Дракон дал ему крылья, и он улетел. Старик Хузан основал на Змеиной горе город Хузан и реку назвал Хузапом же. Однако недолго пришлось жить чувашам в Хузапс. Спасшийся змей привел сюда монголо-татарское войско, которое подожгло город. Правитель Хузана превратился в лебедя и улетел. Монголо-татары на месте Хузана построили Казань.

Третье предание повествует о строительстве каменной крепости после овладения Казанью татарским ханом (в действительности же каменный кремль был выстроен после присоединения Казани к России русским правительством). Вместо того чтобы положить под крепость сына хана, строители положили рыжую собаку, что означало, по предсказанию хана, потерю самостоятельности города. Воспроизводя название города от татарского слова казан «котел», предание приписывает хану слова: «Надо дать городу имя Казан, чтобы народ кипел в нем, как вода в котле».

Мотив о драконе и змеях на месте основания Казани бытовал еще в XVI веке. Казанский летописец отмечает, что на месте города было «издавна гнездо змиев». Здесь возгнездился «змий (то есть дракон.— В. Д.) велик и страшен о двуглаву: едину имея змиеву, а другую главу волову. Единою пожираше человеки и скоты и звери, а другою главою траву ядяще. А иныя змии около его лежаше»,

Людям нельзя было подходить сюда от драконова свиста. Но основатель города, по совету хитрого волхва, извел драконов.
Историками установлено, что Казань была основана в 1370 году местным (из болгар) князем Хасаном и получила название от его имени (позднее наименование города получило татарскую форму Казан)36.

В приведенных преданиях сохранились смутные отголоски исторической действительности. Кроме мотива о драконе и змеях, в одном из них встречаемся с гуннским мотивом о путеводителе — олене и мотивом превращения правителя в лебедя, нередким в преданиях болгарского времени и о взятии Казани русскими войсками.
Московские великие князья и другие князья Северо-Восточной Руси, ведя борьбу против Золотой Орды, с целью ее ослабления совершали походы и на территорию Болгарского улуса. По летописи известны походы русских князей в Болгарский улус 1376, 1379, 1391, 1395, 1409, 1429, 1431 годов. В 1376 году московский князь Дмитрий Иванович (впоследствии Донской) разорял Болгарский улус, пленил правителей Болгар Османа и Махмета Салтана. Дмитрия Ивановича стали именовать «завоевателем Болгарии». О крупном походе 1431 года русская летопись сообщает: «Тое же весны князь велики Василей Васильевичь посылал ратью на Болгары Волжския и Камскиа князя Феодора Давидовича Пестрого; он же, шед, воева их и всю землю их плени». На Болгарский улус совершали грабительские походы и новгородские ушкуйники. В предании, записанном А. Липатовым в 1911 году в селе Ерилкино Бугурусланского уезда Самарской губернии, отражен, по-видимому, поход русских войск на город Болгар в золотоордынское время. «В Болгаре, говорят, царствовал тюркский (наверное, монголо-татарский.—В. Д.) царь. Когда нападал русский царь, зять и дочь царя спали. Царь говорит: «Встань, встань, зять, русский царь идет на нас!» Они оба не послушались мольбы отца, не встали. Видя, что они не встают, царь сказал: «Если не встаете, то ваши души пусть станут лебедями, а тела — камнем!» Говорят, как сказано, так и стало».

Предания сохранили свидетельства о переселении чувашей с Заказанья, верховьев Свияги, южных районов правобережья Средней Волги в центральные и северные районы современной Чувашии из-за монголо-татарских и тамерлановских погромов.

В дер. Нижарово Янтиковского района в 1923 году от И. Михайлова записано Предание о том, что чуваши Пришли на современное место обитания («чавашсем хальхи вырйна тарса юлна») во время нашествия хунхусов. Под хунхусами, по-видимому, подразумеваются монголо-татары.
Чуваши из-за притеснений монголо-татар, повествует предание, начали переселяться с Камы на правобережье Волги, в лесные местности. Так, четверо братьев с семьями переселились на речку Уплер в бортный лес. Здесь они основали селение Большое Камаево. Позднее из рода Атласа выделился Байбахта и основал деревню Байбахтино (ныне село Шоршелы Мариосадского района).


В Закамье жил чуваш Кавал. У него были сыновья Семке, Кучелин, Калуга, Эльке, Симула. Кавал с сыновьями построил небольшое судно и на нем поднялись вверх по Волге, затем — вверх по Свияге, завернули на реку Ара. Остановились на речке Кёледе. Они выкорчевали участок леса и построили дом. Он стоял на том месте, которое ныне называется Кивсурт. Так возникло селение Ковали (Кавал) Урмарского района.

Согласно преданиям, основатели дер. Старые Урмары (Кивё Вармар) Урмарского района, оставив низовья Камы то ли от разорения монголо-татарскими феодалами, то ли от погромов Тамерлана, переправились на правобережье Волги, поднялись по Свияге и по речке Аря, повернули на Запад, остановились у речки Урмарки, где и поселились. В одном из вариантов предания указывается, что вначале с Камы прибыли четверо мужчин. Выбрали они место и вернулись за семьями. В семьях их спрашивают: «Долог ли путь до нового места?» Посланцы отвечают: Унта кайма дул вирам мар «Туда дорога не дальняя». Предания уверяют, что название деревни Вармар произошло от слов вирам мар. Это — пример народной этимологии. В действительности Вармар — старинное марийское название речки этой местности.

О возникновении дер. Арабоси (ныне Урмарского района) записано несколько вариантов преданий. По одному варианту на место деревни чуваши поднялись вверх со средней Волги. Затем попали на речку Аря. Телеги их были запряжены не лошадьми, а быками. Доехав до верховья речки, они остановились на отдых. Быки легли отдыхать у ключа. «Говорят, бык где ложится, там урожаи хлебов бывают хорошие». Поэтому чуваши решили поселиться здесь. Вначале их было трое или четверо. За ними прибыли и другие. Они поставили здесь дома. Так возникла деревня Арабоси. В других вариантах предания указывается, что деревня возникла 450—500 лет назад (запись 1974 г.). Чуваши прибыли сюда из-за монголо-татарских погромов. В одном из вариантов сообщается, что один чуваш, по имени Ара, батрачил у татарского богача в дер. Бишбатман (ныне Зеленодольского района Татарстана). Богач угнетал его невыносимо. Не стерпев гнета, Ара сбежал от богача, прибыл на место нынешней деревни Арабоси, начал жить в верховье речки. Как он начал строить дом, щепки падали в речку и понеслись по воде вниз. Увидев щепки, несколько человек поднялись по речке и дошли до дома Ары и стали жить вместе с ним. Тогда в деревне образовалось шесть семей. Деревня располагалась при слиянии речек Сыскар и Аря, получившей название от имени первопоселенца Ары. Это место теперь называется ключами Марика и Апаткаса. Позднее в деревню прибыли и другие жители.

«Чуваши, убегая от монголо-татар, поднимались вверх по Волге, прятались в лесах, поселялись у ключей. Таких ключей много и в Больших Мамышах. Один из ключей называется Шур дал (Чистый ключ). Здесь обосновался Мамыш. К нему подселились и другие». Так, по преданию, возникла деревня Большие Мамыши Чебоксарского района.
Предки жителей дер. Карабаево Яльчикского района пришли, по преданию, из-за Волги во времена Аксак Тимура.
В предании о возникновении села Яндашево (ныне в черте г. Новочебоксарска) говорится, что из-за нападений монголо-татар чуваши с левой стороны Волги подались на реку Суру, а затем повернули на северо-восток и осели на реке Цивиль, где построили укрепленное поселение, в котором жили в дружбе и согласии с марийцами.

Село Убеево (Упи) и дер. Кожары, расположенные в бассейне реки Большого Цивиля в Красноармейском районе, согласно преданиям, основаны еще в XIV веке чувашами, покинувшими Закамье из-за монголо-татарских разорений. В здешние места, где «шумели дремучие леса» («сём вйрман кашласа ларна»), вначале прибыл чуваш Кужар со своими родственниками и облюбовал под поселение поляну у Большого Цивиля. Переселенцы возвели дома и постройки, принялись за обработку земли. Вскоре перенесли деревню на речку Пинер. Вслед за Кужаром сюда прибыл отважный предводитель Уби со своим воинским отрядом (хайён дарёпе). Вначале были трения между Кужаром и Уби. Но монголо-татарская угроза примирила их. Уби со своими людьми также занял поляну, обустроился. Он был влиятельным человеком, заботился о своих людях, защищал их. Чувашское войско во главе с Уби, при участии отряда Кужара, дало отпор монголо-татарскому войску. Позже татарские главари предложили Уби звание мурзы, но он не согласился. И Кужар не дал согласия.

Когда захватчики повторно прибыли к Уби, он вынужден был примириться с назначением мурзой его старшего сына Яна. И этот стал грозным, беспощадным мурзой, многих чувашей мучил. Чтобы сохранить свое имя и власть, он всем четверым сыновьям дал имя Ян и завещал им быть мурзами. Их деревни называли Янмурзинами. И деревня Кужара стала называться Янмурзино. После вхождения чувашей в состав России мурзинские деревни стали земельными обществами, возникло много новых деревень. По археологическим данным известно, что по Большому Цивилю чувашские селения стали появляться еще с X века. В XIII—XIV веках идет сплошное заселение бассейна Большого и Малого Цивилей болгаро-чувашами. Уби действительно мог быть чувашским князем и военачальником. Его потомки могли стать мурзами. Однако название Янмурзино произошло не от личного имени Ян. В татарском языке ян мурза означает «новый мурза». Это согласуется и с духом предания: вместо чувашского военачальника был назначен монголо-татарами «новый мурза». Сообщение предания о четырех сыновьях Яна, носивших также имя Яна, возникло в предании из-за существования четырех яимурзппских земельных обществ.

Дер. Большие Чакп (ныпе Урмарского района) основана переселенцами из-за Волги. И другие предания сообщают об основании чувашских селений разных районов переселенцами с левобережья Волги. Интересно также сообщение преданий о том, что селения Бишево, Карачево, Шеменеево и другие Козловского района основаны жителями, переселенными сюда в порядке наказания.

Известный татарский ученый дореволюционного времени К. Насыри, изучивший предания и другие материалы по истории селений Свияжского уезда, установил, что основатели многих селений, впоследствии ставших татарскими, были чуваши, переселившиеся из районов Болгара, Биляра и других мест, что чуваши вступали в брачные отношения с татарами и отатаривались.

В шаджаре болгарского рода баради сообщается, что в связи с разгромом Биляра Тамерланом Инсан-бек переселился на Горную сторону и обосновался на реке Кубне, считая эту местность наиболее укрепленной, а его младший брат Ихсан-бек прибыл «на реку Зай, на старую родину предков».
С верхней и средней Свияги переселились основатели сел Яншихово-Норваши и Янтиково Янтиковского района. Крестьяне-чуваши селения Тарханы из-за нападений татарских отрядов вынуждены были переселиться в Сурские леса, на поляны Кие сурт и Кавашлах, и лишь позднее вышли в поле — на место нынешнего села Тарханы Батыревского района. Основатель дер. Старое Буяново Янтиковского района Исменче, переселившись за коровой с левобережья Волги в дремучий лес, развел много пчел и, найдя зарытый в котле клад серебряных монет, разбогател. Но воины татарского царя отыскали его поселение, взяли на учет пчелиные семьи и отобрали у Исменче целую пудовку серебряных монет. Предания сообщают, что из-за частых нападений завоевателей чуваши жили небольшими поселениями па лесных полянах, в стороне от больших дорог. Но, несмотря на всяческую предосторожность с их стороны, захватчики грабили и разоряли их селения, жителей уводили в рабство.


Следующее: Об иге монголо-татарских феодалов и Казанском ханстве ч.2

Предыдущее: О жизни и борьбе чувашей с древних времен до середины XVI

Интересное: Об иге монголо-татарских феодалов и Казанском ханстве ч.2



Поделиться!



Чтобы не пропустить новые приколы, подписывайся в Вконтакте!